В этом «Иди ко мне» и раскинутых руках было столько… столько всего, так ей остро необходимого, что…
Герман потерся щекой о ее щеку.
– Ма-шень-ка…
Она все-таки вздрогнула, а Герман прижал ее к себе крепче.
– Прости. Я не знаю, откуда это лезет. Как-то само… Если тебе неприятно, то я больше не буду тебя так называть. Я очень постараюсь.
– Называй. Тогда я буду называть тебя Герой.
– Договорились.
Он снова потерся щекой о ее щеку.
– Ты изменяла бородатому с гладко выбритым. А я – Марьяне с Машей.
Она рассмеялась и ответно потерлась щекой о его щеку.
– Не такой уж ты и гладкий с утра. Вот именно сейчас ты колючий.
– Что – отращивать обратно?
Она погадила его по и в самом деле слегка колючей щеке.
– Да. Верни мне того Германа Тамма, в которого я…
Марьяна замерла. Едва успев проглотить последние слова.
И резко отвернулось.
– Поскольку твоя домработница отсутствует, я взяла на себя смелость приготовить тебе овсянку. Давай завтракать.
– А ты не будешь? – Герман посмотрел на выставленные на стол две чашки и одну тарелку.
– Аппетита нет, – Марьяна села за стол. – Только чаю выпью.
Еще не хватало устроить на глазах у Германа приступ токсикоза. Он почти прошел, но все же…
Герман ничего не сказал. А когда сел за стол, протянул руку, взял ладонь Марьяны и поцеловал в самый центр.
Господи, как ей пережить сегодняшний день?..
***
– Я так понимаю, ты ничего не сказала отцу.
– И тебе добрый день, Костя.
– Ко мне утром заезжал отец. Он явно ничего не знает.
Марьяна прикрыла глаза и прижалась затылком к подголовнику водительского сиденья.
Вчера было так сладко. Потому что Герман вернулся. А сегодня… Как там поется в старой песне: «Сладку ягоду ели вместе, горьку ягоду – я одна». Так и выходит.
Горько.
Во-первых, ее догнал-таки токсикоз. Спасибо, хоть на работе. Во-вторых, Юся не звонила. Сегодня должны быть готовы анализы. Марьяна почему-то уверила себя, что, если все в порядке – то Юся непременно позвонит, чтобы ее обрадовать. А если не звонит…
Может быть, конечно, что анализы еще не пришли.
Может быть, Юся очень занята. Все может быть. Но настроение у Марьяны балансировало на грани уныния и раздражения. И Костя со своими требовательными вопросами совсем не добавлял в это настроение радужных красок. А еще Марьяне было очень страшно. Она заталкивала этот страх как можно глубже и категорически себе запретила в этом страхе ковыряться. Лучше съездить к Юсе и все выяснить. Тем более, Марьяна записана сегодня на прием.
