Совсем как раньше…
С трудом взяв себя в руки, я отстранилась, и шагнула было в сторону знакомого серебристого кроссовера:
— Идем?"
"— Подожди, — как ни странно, но Полонский придержал меня за руку. Я удивленно на него посмотрела, но блондин, не обращая внимания, кивнул стоящим возле машины охранникам. Те кивнули в ответ, быстро загрузились машины, и я с еще большим удивлением смотрела, как на улицу выехала «Ауди» с двумя машинами сопровождения. Без нас.
— Что это значит? — когда опустились ворота, напряженно спросила, всей своей чуйкой ожидая подвох.
— Богдан?
— Анют, — снова вздохнул парень, обнимая меня за талию. — Ты видела, что случилось с Леной. Я не хочу, чтобы то же самое произошло с тобой.
Я похолодела… и догадалась:
— Твой отец…
— Был не рад разрыву помолвки, — просто кивнул Полонский и, заметив, как я вздрогнула, крепче прижал меня к себе. — Т-ш-ш… Все будет хорошо. Я не позволю ему и пальцем тебя коснуться.
Хотелось в это верить. Господи, как же мне хотелось в это верить…
Через пять минут с парковки уехал еще один черный внедорожник, и лишь после этого Богдан потянул меня в сторону неприметной темно-синей, спортивной иномарки.
Усадил меня на переднее сидение, отдал рюкзак, а сам сел за руль.
Во дворе все еще стоял милицейский «уазик» и пара машин с мигалками, но на нас никто не обратил никакого внимания. Мы спокойно выехали за город, на трассу, и нас никто не преследовал и не подрезал, но все равно я сжималась в комок, стоило только впереди или сзади мелькнуть свету фар.
А вот Богдан был спокоен, сосредоточен и молчалив. Он просто аккуратно, но быстро вел машину в темноте, внимательно смотря на заснеженную дорогу и изредка — на меня.
А я… я кусала губы в полной тишине, жалея, что не могу взять его за руку. Нервы были натянуты до предела.
Однако до аэропорта мы добрались без проблем. А там нас уже ждал небольшой частный самолет, так называемый бизнес-джет. И только когда многотонная машина поднялась в воздух, я, наконец, не выдержала. И вполне обоснованно собралась зареветь, ругаясь матом.
Но не успела.
Отстегнув ремень, сидящий в широком, комфортном кожаном кресле напротив меня Богдан протянул руку:
— Иди сюда.
И я… перебралась к нему на колени. Села, крепко обняла за талию, уткнулась носом в его шею… и все-таки расплакалась. Не смогла, не выдержала. Да и как иначе? После всего этого?
Он ничего не говорил. Молчал и просто прижимал меня к себе. Бережно, надежно, крепко. И ласково поглаживал по спине.
