— Лучше возьми у меня, — с той же тягучей нотой в голосе протянул незнакомец."
"Ильхи — оба черноволосые и молодые — смотрели на меня с одинаковыми улыбками и ожиданием в глазах. У того, что с кренделем, радужки глаз были черными, как деготь, плечи укрывал роскошный серебристый мех, а лицо перечеркивал шрам. А у того, что стоял справа, глаза светились темным янтарем и его торс закрывала лишь кожаная безрукавка. И у обоих на боку красовались тяжелые мечи!
Я нервно сглотнула.
Темноглазый зыркнул недовольно на соперника и снова улыбнулся мне.
— Не хочешь крендель, возьми орехи или сладкое молоко! За такую деву я ничего не пожалею!
— Зачем тебе меченый ильх, пусть и с дарами, — хмыкнул янтарноглазый. — Возьми мои ягоды, не пожалеешь! Никто еще не пожалел, что пошел с Дьярви! За твои красные волосы и глаза цвета моря я буду любить тебя, как никто и никогда, вот увидишь!
— Хвастун, — презрительно фыркнул ильх со шрамом. — Зачем такой деве твои никчемные ласки? В моем доме ее ждут угощение и дары!
Я ошалело переводила взгляд с одного ильха на другого.
Это они меня так… покупают?
— Идем со мной, дева, — жарко выдохнул Дьярви.
— Не пойду я никуда! — я шарахнулась в сторону, уже жалея, что вообще вышла из башни риара. — Пропустите!
— Откуда же ты такая взялась? — протянул меченый, одаривая меня голодным взглядом. — Словно сама посланница Хелехёгга явилась в Карнохельм. Конечно, ты не пойдешь за жалкие ягоды! Я одарю тебя золотом, в моей сокровищнице дары не хуже, чем у риара.
— И кто здесь хвастун? — мрачно протянул Дьярви, сообразив, что добыча ускользает.
Шагнул ко мне, заглядывая в глаза. Красивый — с каким-то хмурым удивлением осознала я. Молодой, сильный, горячий. И смотрит так, что щеки сами собой краснеют. Да и второй хорош, надо признать. Вот только лучше бы мне от обоих держаться подальше!
— Пустите! — я попыталась обойти ухажеров, но они плавно переместились, закрывая мне дорогу. Я оглянулась растерянно, но увидела лишь заинтересованные взгляды еще парочки воинов.
Кажется, и эти прикидывали, как завлечь чужанскую деву в свою постель!
— Не хочешь наших даров, назови, чего желаешь! — выдохнул меченый.
— Ничего! У меня… муж есть!
— И почему он отпустил такую деву одну, да без брачного пояса? — Дьярви поднял брови. — На тебе ни браслета лирин, ни пояса венлирии, значит, ты дева свободная…
— Пошли вон! — раздался за спинами ильхов каркающий женский голос. И к моему удивлению, мужчины тут же расступились, пропуская меня.
