И Рагнвальд согласился.
Оскалившись, Рагнвальд зарычал. Ярость уже ломала и крушила внутреннюю клетку. И хёгг ярился, вырываясь на свободу. Ветры скалили зубы и больно кусали за руки. Ветры тоже злились, закручивались вихрями, ломали кладку старого моста. И наверху уже тоже выла стихия, просясь под крыло.
«Быстрее… Быстрее…» — шептал тающий на склонах лед.
Рагнвальд выпрямился, сжал загривок разбушевавшегося ветра. Он знал — ему не под силу догнать беглецов. Но это сможет сделать зверь. Хёгг.
И впервые Рагнвальд не сопротивлялся его приходу.
Он хотел этого.
Сумерки окутывали скалы и Карнохельм, город праздновал появление нового риара. Рагнвальд выпрямился и впервые призвал своего хёгга. И удивился, насколько легко это происходит, когда не сопротивляешься.
Миг — и на разрушенном мосту уже нет человека, лишь раскрывающий крылья потомок Улехёгга. Он встрепенулся и рывком сорвался в черное небо, без усилий устремляясь к звездам.
Но в этот раз Рагнвальд не был выкинут в незримый мир.
Он был здесь — в мягком полотне облаков, в сиянии света, в вечном холоде высоты. Его наполнил восторг — дикий, яростный, такой же первобытный, как сами фьорды. Стужа, убивающая его человеческое тело, сейчас казалась дивным источником, плещущимся внутри. Холод больше не протыкал иглами, он обнимал почти нежно, даря наслаждение. Ветры неслись рядом, подгоняя. Быстрее, быстрее, еще быстрее! И чем выше поднимали огромные крылья, тем ярче становились ощущения. Выше, яростнее, мощнее! Я — стужа.
Я — извечное сияние. Я — звон! Я сильнее всех, я быстрее всех! Я способен ощутить под брюхом звезды, способен заморозить луну! И всех тварей, что бегают внизу, хоть на четырех ногах, хоть на двух! Я — сила. Морозная, жуткая, ледяная сила! Под моей шкурой звенит холод и воют ветры!
И это так невыносимо хорошо, что даже сравнить не с чем. Разве что…
Чужая купель, чужой дом и чужая дева. И наслаждение, сравнимое с полетом."
"Сознание вернулось толчком. И ледяной хёгг болезненно зарычал, камнем падая с небес.
Крылья сложились куполом, облака оцарапали брюхо. Но у самых скал Рагнвальд снова раскрыл крылья и взмыл, лишь прочертив когтями на граните глубокие борозды. Он встряхнулся всем своим огромным телом, зорко всмотрелся в угасающую линию света. Втянул горный воздух. И уверенно направился в сторону ущелья.
Дева ушла туда. Он не позволит ей уйти. Он вернет деву и разорвет пришлого вора, который покусился на его собственность.
