— Кимлет, переселенки из-за Тумана не слышат Зов, — негромко пояснила я. — Ты зря стараешься.
Ильх удивленно рассмеялся.
— Верно, ужасно быть мужем такой девы. Не каждый ильх на это согласится! — Он склонил голову. — Тогда, может, ты пойдешь со мной без Зова? Это будет… интересно…
— Жаль, что не утолю твою любознательность. Но нет, — я обошла застывшего ильха. — Я буду тебе очень благодарна, если ты меня проводишь. В этой темноте легко заблудиться.
Я оглянулась на своего спутника. Шторм в его глазах продолжал бушевать, даже скулы побледнели, но Кимлет молча склонил голову и пошел рядом.
Он умел успокаивать море внутри себя.
Когда роща осталась позади и показалась башня риара, я запнулась.
— Значит, я могу просить все, что пожелаю? Тогда отведи меня туда, где меня никто не найдет. Никто. Даже риар.
Кимлет снова молча кивнул.
Глава 29
Над фьордом разразилась гроза. Небо бушевало, сверкало и плакало, изливая на скалы потоки воды. Ледяной ветер облизывал камни, оставляя следы инея.
Я смотрела на разгул стихии из-под навеса, укутанная в белый песцовый плащ-шубу. Под ним было платье — тоже белое, сплошь покрытое искусной вышивкой. Я уже надевала похожее — на свое наречение с Гудретом. А второй раз надела для Билтвейда. Странная ирония моей странной судьбы.
На пояс я повесила свой кожаный мешочек, в котором лежал хрустальный хёгг. И иногда безотчетно гладила его, словно успокаиваясь.
Но я старалась об этом не думать, сидя под навесом черного корабля, на носу которого скалился деревянный дракон.
Ильхи с браслетами на ногах бросали на меня быстрые взгляды, но молчали. Похоже, Кимлет и правда строгий капитан.
Сам водный сидел рядом со мной, потягивая из огромной кружки сладкое горячее вино. Такая же была и у меня в руках."
"Удивительно, но, несмотря на стихию, хёггкар не бросало на скалы, ладья лишь мягко покачивалась на волне. Верно, Кимлет и правда имел власть над водой и деревом.
Ильх нахмурился, всматриваясь в расчерченное молнией небо.
— Странная гроза, — пробормотал Кимлет. — Словно черный хёгг злится.
— Может, Бенгт очнулся? — встрепенулась я.
— Хорошо бы. Но гроза бушует в другой стороне, — усомнился ильх.
И мы оба глянули в сторону Карнохельма. Над ним небо лежало черным пологом — глухим и неподвижным. Ни единый сполох не разукрашивал эту холодную тьму. Этой ночью никто в Карнохельме не услышал Зова своего риара.
