Чудовище

Вильяр смущенно улыбнулся, не будучи уверенным в том, что эта улыбка появилась у него на губах, настолько он был изможден. Ему захотелось коснуться рукой руки сына, но рука его продолжала оставаться неподвижной.

Хеннинг заметил это беспомощное шевеление руки. Он взял руку отца в свою. Вильяр, успокоившись, снова погрузился в полубессознательное состояние.

Они были рядом, отец и сын, держась за руки, пока Липовая аллея не погрузилась в сумерки.

Священник был ничем не примечателен. Ни стар и ни молод, ни светел и ни темен, и даже глаза у него были какого-то неопределенного цвета.

И если бы не монашеская ряса, он бы совершенно слился с окружающими, настолько тусклой была его внешность.

Но стоило узнать его поближе, как в нем сразу обнаруживались редкостные качества души. Одно только то, что он с такой обязательностью и с таким терпением взял на себя заботу о несчастной супружеской паре и переправил их домой, не бросив их по дороге, говорило о многом. Он понимал, в чем состоит истинное призвание священника.

Поэтому его недолюбливали коллеги в Дании, считая, что он не всегда следует церковным предписаниям. Но всем давно было известно, что между церковью и христианством была пропасть. Много замечательных книг было написано о первоначальной религии, именуемой христианством. Эти книги на протяжении всех времен писались отцами церкви, среди которых самым значительным был апостол Павел. Его обширный труд, посвященный деяниям Христа, положил начало «усовершенствованию» церкви.

Малин, будучи верующей, чувствовала огромную симпатию к своему гостю и решила усерднее посещать церковь.

Но она сама знала, что ее намерениям не суждено было осуществиться. Местный священник очень быстро выхолостил бы всякое живое содержание из ее вновь обретенной набожности своими наставлениями и нудными проповедями.

Все сели за стол обедать. Малин приходилось то и дело усаживать Ульвара на место, потому что ему больше нравилось дергать кучера за усы, чем сидеть спокойно и есть.

Ульвар был совершенно очарован его усищами. Еще до того, как все сели за стол, он пытался с помощью серных спичек поджечь все это великолепие. И только мягкие увещевания Марко воспрепятствовали этому. Ульвар прошипел что-то презрительно-неразборчивое, но подчинился. Из них двоих доминирующее положение занимал Марко, несмотря на свою спокойную сдержанность.

Наконец-то этот день подошел к концу.