Мне очень в тот момент захотелось потрахаться и я предложил Вовке потереть ему спину. Вовка встал ко мне задом, и теперь я испытывал высокие чувства ещё сильней. Стал тереть ему спину и старался дотронуться сервелатом до его булок, что и стало продолжением нашего траха. Его очко будто бы отрехтовали, ни одного пупырышка, ни единого волосика, да ещё будто бы полиролью прошли. От такого зрелища, хочешь, не хочешь, встанет. Такого напряжения я даже не ощущал, когда глубоко пахал в пилотке у Ленки.
Тогда мой дружок просто купался в лабиринте тугой дырочки, но, то, что мне пришлось почувствовать теперь, ни шло, ни в какое сравнение.
Испытав такое хотя бы один раз, ни один парень не отказался бы повторить это снова и снова. Очко Вовки само приняло мой сервелат, и готово было не отпускать никогда. Не понадобилось никакой смазки и мыла, корма, а вернее, очко само открылось, и сервелат провалился туда без труда. Вовка своим очком туго обхватил мой сервелат, и я как канифолью по смычку стал двигать им. В настоящий момент смычком была Вовкина дырка и со временем она разыгралась и захлюпала, да ещё как, аж воздух стал выходить.
Я не знал как мне вести дальше, не причиню ли я ему боль, которую потом придётся лечить, но передо мной была только спина и пространство кольца, в которую входит мой сервелат, а о других вещах больше думать в тот момент не хотелось.
— Давай, давай рассказывай, — сказал дядя Игорь, потирая свой сервелат в штанах. Артём видел, что все слушающие его историю про баньку, возбудили свои фантазии и недоумённо смотрели на него, требуя взглядом продолжения.
Артём продолжил, — Вовка просто наслаждался и сам нанизывался на мой сервелат, я не мог сдерживаться от переполняющих меня чувств. Я просто парил в блаженстве непередаваемого сладострастия. Кто-то подумает, что не может в таком возрасте таких чувств и это бред сивой кобылы, но я могу ответственно утверждать, что только в таком возрасте, есть не притуплённые, а самые искренние и яркие впечатления, не говоря об острых чувствах.
Валит даже с ног, можно потерять голову, возможно, такое происходит со всеми по-разному, но я упиваюсь такими непередаваемыми моментами. Я говорил, что с первого раза ощутив высшее чувственное наслаждение, я старался его преумножить и оставаться долго в нём. Вовка выгнулся и скользил в моих руках, как налим, но я решил помочь и своей рукой теребил его хлюпающий от смазки шланг. Я парил от таких ощущений и не забывал, что надо доставить приятное и напарнику.
