А все те, кто по линии папы… мы не общаемся с ними уже очень давно!
Теперь пришла очередь Красницкого проявлять любопытство:
— Что-то случилось?
— Да! — многолетняя обида сковала грудь, точно стальными тросами. Удерживая эмоции в узде и запрещая себе плакать, девушка устремила взор к бескрайнему горизонту. — Мой отец был единственным ребенком в семье. В очень-очень состоятельной и влиятельной семье! Естественно, они в штыки восприняли его желание жениться на обычной девушке. Он никого слушать не стал, сделал по-своему, и им пришлось смириться с его выбором.
Но моя мама прошла через ад! При любом удобном случае ее старались унизить, поставить на место, ужалить побольнее. Отец, конечно, заступался. Но не всегда находился рядом. А она все терпела. Ради меня. Ради него. Ради нас. Потом вдруг… папы не стало. И сразу после похорон бабка вышвырнула нас с мамой на улицу из собственного дома, осыпая проклятьями и обвиняя в смерти своего сына. Без вещей. Без денег. Без телефона.
Ее охрана так сильно старалась угодить хозяйке, что не позволила нам даже одеться. Я стояла в тонких домашних носочках на промерзлой земле… в конце октября. Помню, как мама пыталась согреть меня… а я от холода пальцев на ногах не чувствовала. Нам повезло — какой-то прохожий одолжил свой телефон. С него мама позвонила брату, и вскоре дядя Миша приехал за нами. Сразу отвез к бабушке Зине. Спустя некоторое время бабушка решила поселиться в доме сына и снохи — благо отношения у них замечательные — чтобы мы с мамой могли остаться в ее квартире.
Так по сей день и… живем!
Голос дрогнул от неожиданности, когда Красницкий заключил ее в свои крепкие объятия и проскрежетал над ухом страшным голосом:
— Мразь!"
"— Спустя три года я случайно встретила ее во время прогулки по торговому центру. На тот момент мне исполнилось пятнадцать. Она меня узнала, что неудивительно — я уродилась ее точной копией! Остановила. Задала несколько вопросов. Но все они касались исключительно моей мамы.
Как живет? Чем занимается? Не подыхает ли с голоду, гордячка безродная? Обстановка накалялась с каждой секундой, в ход шли и более серьезные оскорбления. Я не стала молчать и высказала все, что о ней думаю. И схлопотала приличную оплеуху за дерзость и отсутствие манер. В тот момент я прозрела окончательно и навсегда вычеркнула из своей жизни этого человека…
— И правильно сделала! — Слава поднялся на ноги, увлекая ее за собой.
