— Отчего же? Не опоздал. И весьма своевременно напомнил мне, каким козлом можешь быть!
Недовольно рыкнув, Вячеслав отстранился.
Очевидно, обмен любезностями на сегодня был завершен.
Но нет. Спустя несколько минут, прошедших в полнейшей тишине, он вновь подался вперед. Невесомым, едва заметным движением, заправил ей за ухо непослушную прядь волос, выбившуюся из хвостика на макушке.
— Ирин, — окликнул ее очень странной интонацией с легкой хрипотцой в голосе, — ну серьезно, ты чего такая лохматая?
«О, Господи! По ходу, не отстанет!»
Прикрыв веки, Синицына несколько раз глубоко вздохнула, дабы восстановить душевное равновесие.
Хотя бы попытаться.
— Потому что утром торопилась и случайно схватила мамину резинку. А она слабая. Густоту и длину моих волос не выдерживает. Еще и ветер сильный на улице, а расческу я дома забыла. Вот и торчит все в разные стороны. Доволен?
— Угу! А давай тебя… причешем?
— Тоже мне, цирюльник выискался! — рявкнула Ирина, закипая от злости. — По башке тебе, что ли, треснуть, чтобы мозги на место встали?
— А сможешь? — глупый высокомерный смешок сорвался с его губ.
— Ну все! Мне это надоело!
Намереваясь все же пересесть на стул, она вскочила на ноги.
Да столь стремительно, что закружилась голова.
Несмотря на сей обидный факт, Синицына удержала бы равновесие. Непременно. Но увы! Ей просто не позволили этого сделать.
— Останься!
Красницкий среагировал быстрее. Схватил за запястье своими стальными пальцами и резко потянул ее в обратном направлении, вынуждая вновь вернуться к нему.
На диван. Только вот в последний момент что-то пошло не так, и Ирина, холодея от ужаса, опустилась в аккурат на его колени.
«Твою же ж…»
Весь воздух из легких вышибло одним махом."
"Щеки опалило болезненным румянцем. А во рту внезапно пересохло. Сильно. До противной болезненной горечи. Пытаться встать смысла не было. Слава оплел ее своими руками, точно стальными тросами, едва Ирина «так удачно» приземлилась. Машинально. Импульсивно. Но тем не менее.
Оба замерли, нарушая тишину директорского кабинета своим надрывным и до ужаса шумным дыханием.
И глазея друг на друга лихорадочными и абсолютно ошалевшими взглядами.
— Я… пойду, наверное, — проблеяла она севшим голосом, — в приемной, вместе с Зиночкой Мосолова подожду…
— Интересно! Кто бы тебя туда еще отпустил?
Глава 9
Ирина— Ты! — ответила она незамедлительно.
— Я? — сдавленный смешок. — Нет!
— Почему?
— Не хочу!
— Слушай-ка…
— Т-с-с! — перебил он настойчиво.
