Чужая жизнь

А Алиас опять расправил диван, готовя его к нашему соитию. Время от времени я поглядывала на браслеты. Украшение было очень красивым, и иногда брякало от соприкосновения друг с другом. Сняв ботинки, стянула брюки до конца. Погладив колени Алиаса, с улыбкой хотела оседлать его, но успела лишь опереться руками на грудь в намерении сесть на его колени, как оказалась погребена под мощным телом. Я едва заметила тень на лице Тамино, но стоило ему оказаться сверху, он сразу повеселел.

— Кэйт, ты не будешь доминантом никогда.

Даже не пытайся вести в этой игре.

Я немного расстроилась, так как хотелось уже самой взять в руки процесс и даже сесть на мужскую плоть. На снимках это выглядело до безумия прекрасно. Видимо, это только в моих глазах прекрасно, Тамино был иного мнения.

Он навис надо мной, сжал грудь и взял её в рот. Я вздрогнула, испугавшись, что он её откусит, но острое наслаждение пробило вдоль позвоночника. Я выгнулась, зарываясь в его волосах, а он медленно выпустил из плена своего горячего рта сосок и снова втянул в себя, так глубоко и волнительно.

Между ног у меня всё взбунтовалось, оживая.

— Алиас, — шептала ему, открывалась, расставляя ноги в стороны, сжимая коленями его талию. Тамино же был как всегда неспешен, как волны спокойного моря, накатывал на меня волна за волной. Ласкал грудь, нехотя отпуская, чтобы снова подарить блаженство и негу.

Удерживая за плечи, Алиас спускался вниз, целуя, лаская. Я задыхалась, я парила. Я была огнём, я была ветром.

Моя душа трепетала, порываясь вырваться из грешного тела. Тамино сжал в руке ткань трусиков и потянул вниз, тяжело дыша, прижимаясь губами между ног, там, где всё так сильно пульсировало, что мне казалось, он это чувствует. Оставшись в одних чулках, я сквозь полуопущенные ресницы наблюдала, как этот белоснежный хищник возвращается ко мне, накрывает телом. Он помог себе рукой отыскать вход в расщелину моего естества и рывком ворвался, удерживая мою голову. Я вскрикнула, хватаясь за его плечи. Он практически полностью вышел и снова ворвался в меня, принося с собой ураган. Я застонала, пытаясь удержать его в себе. Алиас был резок и медлителен, он целовал после каждого вторжения, следя за моим выражением лица. Его ладонь не давала отвернуться от мягких губ, не давала возможности избежать проникновения до самых глубин. Я двигалась, извивалась. Мне хотелось кричать от переполняющих эмоций. Сердце билось в груди, оглушая.