– Нужно подождать. Сейчас еще рано. Вот перееду сюда – и будем вместе.
Она постаралась улыбнуться как можно теплее и ласковее, надеясь этой вымученной улыбкой отогнать от себя охватившую ее внезапную неприязнь к человеку, которого она любила и который только что проявил такой невероятный цинизм.
– Галина Ивановна вчера звонила, – сказала она, только чтобы что-нибудь сказать. – По-моему, она совсем плоха. Всерьез собралась со мной судиться.
– Крыша у нее дырявая, – презрительно фыркнул он. – Ты же ей сказала, что книги написала ты.
Она что, не поверила?
– Конечно, нет. А кто бы поверил? Любая вера во что бы то ни было основана в первую очередь на совпадении того, что тебе хочется услышать, с тем, что ты слышишь. Вот моя мама, если бы ей сказали, что гениальный писатель – это ее дочь, а вовсе не зять, сразу бы поверила, потому что любая мать, сознательно или подсознательно, но всегда хочет, чтобы ее ребенок оказался выдающимся, талантливым, известным. Поэтому скажи любой матери, что ее ребенок безумно талантлив, и она охотно тебе поверит.
А если матери известного писателя сказать, что он – бездарность и двух слов связать не может, а все его гениальные книги написаны ненавистной невесткой, то надо быть большим оптимистом, чтобы ожидать, что она с первого раза поверит.
– И что эта кретинка собирается делать?
– Будет подавать иск о разделе наследства. А я ей в ответ иск об установлении авторства произведений, подписанных Леонидом Параскевичем. Она будет доказывать свое право на наследство сына, а я – что спорные денежные суммы не входят в наследственную массу, так как принадлежат лично мне как автору.
– Дура безмозглая. Кто бы мог подумать, что она так люто тебя ненавидит!
– Перестань, – поморщилась Светлана. – Да, Галина Ивановна совершает не самые умные и не самые этичные поступки, но это пожилая женщина, и нужно быть к ней терпимыми хотя бы в силу ее возраста. И потом, напомню тебе, если ты забыл, дорогой, что три недели назад она похоронила единственного сына.
Когда человек умирает после тяжелой болезни, то у близких есть хоть какое-то время, чтобы морально подготовиться к утрате. А когда молодой человек погибает от руки убийцы, то от такого шока не скоро оправляются. Вполне возможно, когда Галина Ивановна придет в себя, через год или два, ей самой станет стыдно за то, как она ведет себя сейчас.
– Стыдно? – рассмеялся он. – Светка, я тебя обожаю за твою неизбывную веру в хорошее.
