Ирина разнервничалась оттого, что маленькие пуговки упорно стремились проскочить мимо петель, ей казалось, что платье обтягивает ее грудь слишком туго и при малейшем неловком движении все застежки мигом отлетят. Наконец она справилась с платьем, но теперь начались проблемы с волосами. Пальцы дрожали, и пряди чистых блестящих волос выскальзывали из-под заколок.
– Ирочка! – послышался голос Сергея. – Мы тебя ждем.
– Иду, Сережа, – откликнулась она.
– Еще минуточку.
Когда она появилась в гостиной, то сразу поняла, что неприятные сюрпризы уже начались. На диване сидел представительный седой мужчина в хорошо сшитом костюме и с высокомерной улыбкой на холеном лице, а рядом с ним восседала журналистка Олеся Мельниченко. Та самая Мельниченко, которая за несколько дней до выборов в Думу брала у Ирины интервью и настойчиво пыталась заставить ее говорить о первой жене Березина, Диане Львовне.
На этот раз журналистка выглядела не столь богемно и воинственно, волосы были хорошо выкрашены и аккуратно подстрижены, хотя макияжа на лице было по-прежнему явно больше допустимой нормы.
– Добрый вечер, Ирина Андреевна, – лучезарно улыбнулась Олеся, но оскал ее больше напоминал плотоядную усмешку каннибала.
– Добрый вечер, рада снова вас видеть, – ответила Ирина в меру тепло, чтобы не нарушать образа гостеприимной хозяйки.
– Ирочка, позволь представить тебе Артура Дмитриевича Гущина, крупного специалиста в области экологии, одного из самых активных деятелей нашей партии.
Гущин встал и изобразил вежливый поклон, после чего немедленно уселся обратно, откинувшись на спинку дивана и закинув ногу на ногу. Ирине он сразу не понравился, хотя она и не понимала, какая опасность может от него исходить. Ну в самом деле, он же товарищ Сергея, в одной партии с ним.
Но, с другой стороны, он привел с собой журналистку, а ведь она-то, несомненно, настроена против Ирины. Хотя как знать, успокоила себя Ирина, может быть, она и не имеет ничего против жены Березина, просто хочет собрать побольше «жареного» материала, наковырять скандальных фактов или даже просто неловких выражений и обмолвок, чтобы потом порезвиться на страницах своего журнала.
