Баба Валя легонько дотронулась до синяка, и парень поморщился от боли.
– Плохо, милок… Тебе бы показать ногу врачу. Я могу лишь боль маленько снять. Мазь у меня хорошая от ушибов, сама варила по особому рецепту, да, боюсь, и она тебе не шибко поможет. В город как приедешь, к доктору сходи, иначе еще долго с ногой промаешься.
Вадим, то ли уже от усталости, то ли измученный болью, безропотно позволил старушке заняться его ногой. Лариса, чтобы не терять время даром, решила расспросить бабу Валю на интересующую ее тему.
Встав сзади Вадима, она обняла его за плечи и задала бабуле вопрос о местонахождении деревенского кладбища, мотивируя свой интерес тем, что хочет посетить могилы бабушки и деда.
– Кладбище в километре отсюда. Как раз посредине между нашим Опенкиным и соседними Черногрязцами, – бабуля, прикладывая к колену Вадима свою чудодейственную мазь, охотно пояснила. – Только оно заброшенное. Кто туда ходит? Тот, кто остался в наших деревнях. А осталось мало народу.
В основном все в город переехали. А вот раньше, м-м-м, какие наши деревни были обжитые! Особенно Черногрязцы! Там жисть кипела – и клуб был, в котором танцы по субботам устраивали и кино крутили, и колхоз процветал. А молодежи сколько жило! А потом все в город стали уезжать. Сейчас и в Черногрязцах, и в нашем Опенкине почти одни старики остались…
Бабуля сокрушенно вздохнула, ностальгируя по былым временам и, обратившись к Ларе, попросила:
– Милая, подай мне со стола бинт.
Вот спасибочки! А твои дед с бабкой где жили, раз похоронены на нашем кладбище? В нашей деревне? Так, может, я их знала!
– Нет, в Черногрязцах, – Лариса с волнением ответила. Вдруг баба Валя и правда знала ее деда с бабушкой? – Деда звали Иван Полетов, бабушку – Антонина. В девичестве Иванова."
"Баба Валя, занявшаяся перевязкой, замерла, вспоминая, знала ли названных Ларисой людей и, подумав, покачала головой:
– Нет, не припомню таких.
– А Зою Иванову? – Лариса назвала имя и девичью фамилию своей «не родной» бабушки.
– Тоже не припомню. Говорю ж, в Черногрязцах много молодежи тогда жило, всех знать было сложно… Потерпи, милый, уже все. Обо что хоть ногу так расшиб?
– О камень, кажется… – Вадим немногословно пояснил, и когда баба Валя закончила перевязку, с помощью Ларисы прошел к расстеленной ему постели.
– Я тебе счас еще травяной отварчик сделаю. Выпьешь, и спать будешь крепко. Иначе всю ночь промаешься от боли.
