Что такое вши по сравнению с моим горем, с моим безответным помешательством?
— Ну, что молчим, а? Отвечать будем?
Смотрит исподлобья, пытаясь прочесть, о чем я думаю, но он никогда б не догадался, что я на него налюбоваться не могу, что впервые вот так близко вижу, и мне хочется, чтоб задержал и даже посадил, лишь бы его каждый день видеть.
— Зачем взяла кошелек?
— Голодная была."
"— Врешь, Оскольская, ты до этого пообедала на деньги, которые мать дала. Зачем?
— Я уже сказала.
А он вдруг резко вперед подался, за шиворот меня схватил и к себе через весь стол перетащил.
— Я тебя, сучку малолетнюю, в колонию посажу, поняла? Мать за дверью плачет, отцу на работу звонили, а ты мне тут в несознанку играешь? Быстро сказала, какого хрена кошелек у Алферова украла? Навел кто?
Всхлипнула и вздохнула поглубже, потому что глаза его светло-голубые смотрю и в них отражение свое вижу. Выдохнуть не могу, меня ведет, как будто я на карусели лечу.
— Захотелось. Что вы орете на меня? Украла и все. Нет никакого смысла и подтекста, — а сама на губы его смотрю.
— У вас губы пахнут мятой, — не знаю, зачем сказала. Сама не поняла, как вырвалось, а он от удивления разжал пальцы, и я сползла обратно на стул.
— Короче так, Зара…
— Зоряна я, а не Зара. Зара — это совсем другое имя.
— Плевать, хоть зорька ясная. Так вот, слушай меня внимательно, дура малолетняя. Ты сейчас отсюда вместе с матерью выйдешь, и чтоб не видел я тебя больше, ясно?
— Нет. Ничего мне не ясно. Я украла — накажите меня.
Я же перееду через месяц.
Они же увезут меня в столицу. Пожалуйста. Как ты не понимаешь, что я перееду и не увижу тебя больше никогда? Накажи. Посади меня за это. Сделай хоть что-то, чтоб они меня не увезли.
— Кошелек вернула — дело закрыто.
— Ннннет… не вернула. Я там сто рублей потратила. Меня задержать надо.
— Заткнись.
Рявкнул так, что я от неожиданности язык прикусила и на глазах слезы выступили.
— Заткнись, я сказал. Не до кошелька мне этого, ясно? Все, давай, вон пошла. Спасибо скажи маме своей и вали отсюда.
— Она вам денег дала, да? Поэтому вы меня отпускаете? Продажный мент, вот вы кто.
Теперь он уже меня не просто за шиворот схватил, а за затылок приподнял и в стену вдавил.
— Ты чего добиваешься, идиотка? Сесть хочешь? Ты на малолетке ноги протянешь в первый же день. Там таких отличниц, как ты, щелкают орешками. Зэчки оттрахают во все дыры и сделают из тебя подстилку.
Он говорит грубости пошлые и мерзкие, а у меня дух захватывает, и дыхание рвет.
