Хороший друг у тебя, Олег. На таких молиться надо. Нашел мою электронику. Не знаю, кого он там на уши поставил, но товар мне вернули.
Я выдохнул и расхохотался. Охренеть. Деня, твою ж мать. Ты неисправим.
Теперь зазвонил уже мой сотовый. И я точно знал, кто звонит.
— Эй, Громов, я конечно понимаю, что хоромы у Маркелова царские, но и у меня не хуже. Мы тебя с женой на ужин ждем. И хватит прыгать по охранным агентствам. Ты у меня теперь работаешь, и хватит. Выходи. Я задолбался ждать внизу. Я за поворотом в такси сижу.
А то этот толстяк пронюхает и к себе затащит, а я жирное не ем. Давай, выходи.
— Скажи ему, что он говнюк, и я все слышал.
Денис скептически поднял бровь, когда посмотрел на мою разукрашенную рожу.
— Ну ты прям красава, Олег. Теперь можно и по девочкам.
— Да иди ты. Кажется, мне пару ребер… оххх.
— Харэ стонать, как баба. Подтянись и воротник поправь. Моя жена для нас лазанью приготовила и устриц. Она у меня великолепная хозяйка, когда не на гастролях.
— Не, ну это подстава, День.
Реальная подстава. Я такой весь потрепанный, помятый, в униформе охранника, и тут ты с женой знакомить.
— Ну так, слышь, надо ж как-то уравновесить мою лысую башку и твою смазливую рожу. Теперь она на тебя так пялиться не будет. Я ведь ревнивый, как черт. Я б ее от всех спрятал и смотреть на нее запретил.
Я вспомнил как Зоряна сегодня извивалась в моих руках… и представил, что кто-то мог бы ее вот такую видеть, и в венах закипела кровь, забурлила ядовито.
— Понимаю. Ну ладно буду грязным бомжарой, чтоб тебе жилось спокойно.
— Не, она у меня девочка нежная и верная. Я шучу. Приедем, дам своего шмотья. А размер у нас, кажется, по-прежнему одинаковый.
— Та не, ты раздобрел. Жена, и правда, хорошо готовит.
— Да пошел ты.
Когда я назвал дом Маркелова хоромами, я преувеличил, потому что хоромы я увидел сейчас. Но не в том вычурном стиле, как у Рустама, но достаточного одного взгляда, чтобы восхищенно смотреть на эту роскошь, которой сам в жизни не видел. Перед нами открылись ворота, и мы въехали на территорию особняка.
Деня сам провел меня в дом и поднялся со мной на второй этаж к себе в комнату. Ржал с меня на каждом шагу и предлагал подвязать мне челюсть.
— Да ну на хер. Я себя Золушком чувствую.
— Ну вот так и живем. Рад, что тебе у меня нравится. Тебе тут двадцать четыре часа в сутки обитать.
— Я еще не дал свой ответ.
— Ты уже наработался, и я твою жопу больше вытаскивать не собираюсь.
— Да я и сейчас не просил.
