Вот только делать всё равно что-то нужно, лежать и ждать когда обнаружат вообще не вариант, плюс существовала вероятность что нас могут подстрелить свои, никто же не в курсе моей импровизации.
— Так, давай обратно ползи, — зашептал я Лёхе, — когда вернёшься в овраг, пройдите дальше до блоков, и оттуда постреляйте маленько. Только не по самолету, в сторону куда-нибудь. Ты понял?"
"Алексей кивнул, и выскользнув из-за гряды, ловко пополз в сторону оврага. Вообще-то стратег из меня так себе, но в данном случае и придумывать не надо — мужики отвлекают, я подхожу ближе, и вырубаю того что возле лыжи.
Главное чтобы раньше времени не засёк, но это вряд ли, когда по тебе стреляют, тут уже не каких-то шорохов, по себе знаю, не раз убеждался. Что делать со вторым, — я пока не знал. Если удастся, попробую живым взять, ну а если что-то пойдёт не так, — пристрелю. О том что будет когда меня обнаружат скрывающиеся в самолете, я пока не думал, и привычно положившись на авось, приготовился.
Долго ждать не пришлось.
Первая, короткая, очередь хлестнула по ушам совсем скоро, ну а следом пошла уже беспорядочная стрельба. Я поднялся, и в несколько прыжков преодолел отделяющее от цели расстояние.
Грузный, или может быть просто очень тепло одетый человек, прячась за обломком лыжи, никак не отреагировал на моё приближение. Стиснув своё оружие — сайгу с прицелом, он пытался высмотреть что-то перед собой. Ждать пока он обернётся, я не стал, и с ходу треснув его прикладом, шлёпнулся рядом. Надеюсь не убил.
Времени проверять не было, в любой момент меня могли заметить, плюс я совсем не был уверен что где-нибудь в стороне не спрятался кто-то ещё, и этот кто-то прямо сейчас не целится мне в спину. В общем, откинув сайгу в сторону, я прицелился во второго. А тот видимо что-то услышал, потому что резко сорвавшись, попытался перебежать куда-то вперёд. Убивать я его не хотел, поэтому целился по ногам, но почему-то попал чётко в спину.
Оставалось проверить сам самолёт. Как-то не верилось что угонщиков всего двое.
Тем более Василич говорил что стреляли в три ствола. Осторожно заглянув в кабину через стекло — а кукурузник стоял уткнувшись носом в снег, я никого не увидел, и продолжил импровизацию.
— Есть кто!? Выходи, а то гранату кину! — ничего умнее мне в голову в этот момент не пришло, и когда вместо сдающихся бармалеев с поднятыми руками мне под ноги вылетела граната — немецкая, на длинной ручке, я совсем был не готов к такому повороту.
