Не понимая что происходит, они растерянно глядели по сторонам, и явно были напуганы. Причём, что примечательно, здесь были только те, кто реально работал в совете, отвечая за некоторые стороны жизнедеятельности станицы. Четверо женщин, и семеро мужчин.
При появлении Василича, они оживились, и дружно повернулись к нему, надеясь на какое-то объяснение.
Но объясняться и оправдываться тот не стал, что было вполне логично, и весь разговор, точнее обращение, занял не больше полутора минут. После этого он постоял ещё сколько-то, видимо ожидая вопросов, но их не последовало, и развернувшись на каблуках — по-военному чётко, вышел за дверь.
Я проследовал за ним.
— Развезите их по домам. — обратился он к одному из подпирающих двери бойцов, немолодому уже, усатому станичнику. И тут же обернувшись ко мне, спросил,
— Нормально я сказал? Или пожёстче надо было?
— Посыл конечно хороший, но тут как карта ляжет. Здесь-то они по-любому молчать будут, а вот как выйдут, так и поглядим.
Это как семена, — что посеешь, то и пожнёшь. — ответил я ему.
— В смысле? — нахмурился Василич, в который раз поправляя автомат на пузе.
— В прямом. Они сейчас соберутся где-нибудь, перебулькают, решат что-то для себя, и уже к вечеру, думаю, мы узнаем — хорошо ты говорил, или не очень.
От того, как поведет себя «элита», сейчас зависело очень многое. Смирятся, и примут как есть — хорошо, не примут — плохо. Но, как бы там ни было, проблемы будем решать по мере их поступления.
— Ну а мне то, мне-то что делать? — ещё пуще нахмурился он.
Честно говоря, однозначного ответа на этот вопрос у меня не было, но я видел, что если поделюсь с ним своим незнанием, он, скорее всего, совсем размякнет.
— Работать, Василич, работать. — безапелляционно заявил я, — Людей по периметру расставлять, графики дежурств переписать, по хозяйственным объектам проехать, подбодрить кого, поругать, задержанных разместить куда-то, организовать всё. Куча дел у тебя, а ты тут репу чешешь.
Иди уже, работай!
Василич задумался на секунду, явно осмысливая услышанное, и просветлев лицом, пошёл к лестнице, на ходу отчитывая одного из своих бойцов.
Глава 19
Естественно я тоже переживал, тоже волновался, и иногда жалел что никто не может сказать тех слов, какие я сказал Василичу. — Мол иди Вася работай, всё пучком будет, даже не сомневайся. Мы тут за тебя подумаем, а ты главное не унывай, и держи хвост пистолетом.
