Всё это имело для нас немалую ценность, как в плане потребления, так и в расчёте на последующую продажу, или обмен.
Последним «рейсом» притащили печку и седого. Носилки, сделанные из найденных в доме алюминиевых трубок и брезента, получились прочными и удобными, как для самого раненного, так и для тех кто его нёс. Задерживаться здесь больше не было смысла.
Ещё раз оглядев окрестности, я дождался когда все поднимутся на борт, и прошёл в кабину. В салоне места почти не осталось, в хвосте загон с тваренышем, перед ним на ящиках Аня с Олегом, по центру на носилках седой, женщины и дети вдоль бортов на кучах тряпья, Андрей с пацанами у двери, и мы с Леонидом на местах первого и второго пилотов.
Прекрасно.
Ещё раз перепроверив работу приборов, я завёл двигатель, и дождавшись нужных значений, отпустил тормоза.
Разбег вышел не длиннее обычного, поэтому взлетели штатно, даже не смотря на достаточно серьёзный взлетный вес. Мотор работал ровно, машина чётко реагировала на команды, и набрав высоту, я слегка сменил курс, направляя самолёт за городскую черту.
Высоко залезать не стал, поднялся до двухсот метров, и зафиксировался на этой отметке. По идее, лететь то всего-ничего, сорок километров при скорости сто восемьдесят — это меньше четверти часа, поэтому уже через десять минут я определил направление, и принялся выглядывать вышку.
Но первым её заметил Леонид.
— Вон она. — объявил он, вжавшись в окуляры бинокля.
Но я, даже прищурившись, ничего не увидел. Закатное солнце слепило глаза, уводя в линию простирающиеся до самого горизонта бесчисленные серые многоэтажки.
— Левее потихоньку бери. Скажу когда хватит. — скомандовал он, так же не отрываясь от бинокля.
Я послушно поправил штурвал, направляя машину на нужный курс.
Почувствовав манёвры, в кабину протиснулся Андрей.
— Что, нашли ориентир? — спросил он.
— Типа того, километров двадцать примерно. — ответил Леонид, и передав бинокль Андрею, посоветовал — вон, посмотри.
— А ты уверен что это именно та вышка? — с сомнением протянул тот, прикладываясь к биноклю.
— Других не видно. Да и седой говорил что она одна в этом районе... Попробуй по карте свериться.
— Понятненько... Не вызывал ещё?
— Нет. Пока только настроил, сейчас попробую.
Аварийная частота существовала для тех случаев, когда по каким-то причинам связаться обычным способом невозможно, и для этой цели существовали закрепленные за конкретными людьми, или группами, пароли и позывные. У седого позывной был «Абхаз», а пароль «Система».
