Все эти годы она жила рядом с ним, но, отгородившись от него стеной равнодушного презрения, и не подозревала, какую власть он, оказывается, приобрел в Ветровске!
И все-таки она знала еще одного человека, который был куда сильнее, чем Родион. И власть его была куда крепче… Именно его слово было решающим и в Ветровске, и во всей области. Никто – даже Родион! – не посмеет спорить с ним, потому что был всем обязан этому человеку и без его поддержки вся власть и сила Родиона лопнут, как жалкий воздушный шарик. И этим человеком был отец Лили…
Десять лет лежали между ними – десять лет ее враждебности и его терпеливого ожидания, пока дочь сменит гнев на милость и простит его.
Сейчас она забыла обо всем, отбросила прошлые обиды. Для того чтобы помочь Герману, Лиля была готова на любые унижения. Если отец захочет, она встанет перед ним на колени и будет умолять о прощении. Она признает, что была не права, сто раз не права. Сейчас все неважно, ведь речь идет о жизни Германа.
Она быстро подошла к телефону и набрала номер отца.
* * *Михаил Иванович был дома – приболел. Сидел в кресле и подремывал. Сначала ему показалось, что звонок Лили ему снится. После стольких лет ледяного, замкнутого молчания – она называет его папой, она просит о помощи, она хочет прийти…
Михаил Иванович даже не стал спрашивать, в чем ей нужно помочь. Не все ли равно?! Он сделает все, все! Только пусть придет поскорей!
Он понимал, что раньше чем через пару часов Лиля не успеет доехать из Ветровска в областной центр, но места не находил от нетерпения.
"
"Ангина, которая донимала его уже несколько дней, была забыта. Температура, которую не могли согнать врачи, спала мгновенно. Михаил Иванович позвонил в бюро обслуживания, которое доставляло продукты и даже готовую еду на дом высшим партийным чинам области, и потребовал сервировать ужин на двоих. Фрукты, вино… Все самое лучшее. На двоих. Он ждет в гости дочь!
Спустя полчаса комната больного старика, каким совсем недавно чувствовал себя приунывший было Михаил Иванович, преобразилась словно по волшебству.
От капель, коробочек с таблетками, пледа и теплого халата не осталось и следа. Стол был уставлен таким количеством тарелок, словно Михаил Иванович ждал не молодую женщину, которая очень следила за своей фигурой, а компанию обжор и выпивох! Он переоделся в парадный костюм и нетерпеливо вышагивал по квартире взад-вперед.
И вот наконец раздался долгожданный звонок.
Михаил Иванович с улыбкой распахнул дверь – и отшатнулся.
