Надо представить дело так, будто он идет ей навстречу, делает одолжение…
– Ну объясни мне, зачем, я же вижу, что тебе тяжело?! – воскликнул Родион с самым заботливым видом. – Ну хочешь, давай будем жить у твоих родителей!
– Нет, Камышев! – резко ответила Лиля. – И кашу ты мог бы и сам разогреть!
Конечно, мог бы. Но из-за чего тогда начать этот скандал?!
Скандал, который так ни к чему толковому и не привел, кроме того, что пришлось ночью просить прощения у обиженно отвернувшейся Лили.
Целовал ее плечо, извинялся… И получил в ответ:
– За грубость будешь сегодня наказан!
Ну и ну!!! И это грубость? Да ведь он хотел как лучше! Хотел спасти ее от этого беспросветного, унылого существования!
Ну… их обоих хотел спасти!
И за это – «будешь наказан»?!
Родион со злостью повернулся на другой бок, и пружины продавленной койки громко заскрипели, словно издевательски смеялись над ним.
* * *Тася поливала цветы в своем кабинете в Доме пионеров, когда вдруг увидела… Лилю, которая явно шла сюда.
К ней шла!
Она ждала дочь каждый день, каждую минуту, однако оказалась совершенно не готова к встрече. Вдруг так чего-то испугалась, что выронила лейку, разлила воду, сорвала белый фартучек, в котором всегда вела занятия, бестолково засуетилась перед зеркалом…
И вот дочь вошла.
– Лилечка, – пробормотала Тася. Глядела на нее – и не могла наглядеться! Так бы и кинулась, обняла… Но привычка сдерживаться – многолетняя привычка, которую она обрела в доме Говоровых! – взяла верх и помогла справиться с собой.
Только и сказала: – Я очень рада, что ты зашла.
– Я тоже, – кивнула Лиля, опуская глаза. – Честно говоря, я боялась…
Теперь кивнула Тася:
– Я тоже.
Стало немного легче. Она отступила:
– Ты проходи, пожалуйста. Видишь, я здесь работаю, мы тут кашеварим с девчонками. Ну, щи-борщи, всякое такое.
– А ты можешь меня тоже научить? – вдруг попросила Лиля.
– А то, похоже, мой брак под угрозой.
У Таси тревожно стукнуло сердце, однако тотчас она поняла, что это шутка."
"– Ой, ну конечно, могу! – радостно засуетилась Тася. – Раздевайся! Конечно, научу.
– С кулинарным делом, как ты помнишь, у меня не очень, – пробормотала Лиля, отдавая Тасе пальто.
Та повесила его и обратила внимание, что пальто – то же самое, которое было надето на Лиле в день свадьбы.
