— А он был для неё любимым?
— Да, встречались они в свободное от работы время, — небрежно заметил Эрнест, допивая чай. С тоской взглянул на опустевший чайник и поднялся на ноги. — Пойду я, ваше величество. Всё, что на нынешний момент известно, я рассказал. Остальное позже.
Роланд с недоумением посмотрел на Ротергейла, который до сих пор оставался в кресле, только сейчас понимая, что Томас вообще неизвестно зачем сюда пришёл.
— Айла Ротергейла оставляю пока вам, у него для вас есть новости, — произнёс Эрнест, кивнул заместителю министра внутренних дел и быстро вышел из гостиной.
И как только дознаватель бесшумно прикрыл за собой дверь, Томас, отогнув край своего местами обугленного камзола, достал оттуда запечатанный конверт.
— Ваше величество, — сказал Ротергейл почтительно, протягивая Роланду неизвестное письмо. — Несколько лет назад король Фредерик попросил меня помогать вам по мере возможности после того, как его не станет. И передать это послание, когда вы наконец станете королём.
— Что? — вырвалось у Роланда изумлённое, и Томас кивнул, улыбнувшись.
— Да. Всё именно так, как вы слышали. Но прежде чем задавать мне вопросы, прочитайте, пожалуйста.
Протянутое письмо Роланд брал, словно ядовитую змею. По правде говоря, очень хотелось ничего не читать и бросить его в огонь незамедлительно — но любопытство пересилило.
«Мальчик мой! — Уже от одного этого обращения Роланда бросило в дрожь. Отец называл его своим мальчиком только в глубоком детстве.
— Если ты читаешь эти строки, значит, свершилось то, чего я отчаянно желал с тех пор, как понял, что совершил огромную ошибку. Да, я давным-давно, наблюдая за тобой, осознал, насколько был глуп и недальновиден, принимая ту клятву. Но подобные клятвы не имеют обратной силы.
Скорее всего, ты удивлялся, почему я никогда не уделял столько внимания остальным своим сыновьям? Причина проста: я не хотел, чтобы у них были способности и возможность противостоять тебе. Я знал, что после моего ухода ты попытаешься посадить на трон Огдена, и даже специально написал завещание на Тедеона — твой свободолюбивый характер не позволил бы тебе остаться в стороне и не попытаться исправить эту вопиющую несправедливость.
А дальше… Что ж, я не знаю, что и как в итоге произошло, но я всегда верил в тебя, в твой исключительный разум и находчивость. Уверен, ты нашёл выход.
Хотя я попытался тебе немного помочь, оставив поручение Томасу Ротергейлу.
