Макс отодвинула кролика подальше от огня, чтобы остудить, порылась в мешке с едой и вынула пару яблок и еще что-то. Разрезала хлеб на весу, привыкнув делать это без доски для резки. Не стоило таскать лишний груз, а доска довольно объемная. Положила несколько кусочков на сковороду и поставила греться, предварительно покрошив сверху немного сыра.
Когда-то она ела из оловянной тарелки, но последнее время – прямо со сковороды. Тарелку, как и рыболовную сеть, пришлось оставить как-то ночью, когда она услышала звук треснувшей ветки и, наскоро собравшись, умчалась.
Не привыкшая быть в одиночестве и спать под открытым небом, она долгое время всего пугалась, но заставила себя преодолеть эти страхи, принимая разумные меры предосторожности и приучившись уповать на судьбу в любой ситуации. Правда, Макс не рассчитывала, что на ее пути появится кто-то, вроде Дигана, который будет противостоять ей на каждом шагу и разгадает все ее трюки. Зато она чувствовала себя под его защитой.
А вот это странная мысль, учитывая, что он поцеловал ее, и ей это понравилось.
Она не собиралась позволить этому случиться снова. Черта с два! Целовать мужчину, который связывал ее и хотел заковать в кандалы? Повезло ему, что она не метнула нож прямо ему в сердце!
– Прекрати дуться.
Она бросила ему нож.
– Тебе лучше взять это, прежде чем я найду ему другое применение."
"– Может, отнять и пистолет, который у тебя на бедре? – спросил он, вскинув брови. – Кажется, ты сказала, что хотела ощущать вес оружия на своем бедре.
Для спокойствия, – пожав плечами, напомнил он. – И я прекрасно понимаю, что пистолет, с пулями или без них, может стать средством устрашения, которое тебе, скорее всего, понадобится в этой поездке. Правда, не против меня.
Макс действительно говорила, что ей не хватает тяжести оружия. И Диган оглядывался сегодня достаточно часто, чтобы понять: он каждую минуту ожидает беды. Диган даже пытается убедить ее, что это она делает ему одолжение, продолжая носить пистолет.
Главное, чтобы в нем не было пуль. Потому что он не доверял ей. Потому что, как ни крути, она его пленница.
Он не потянулся за ножом, который она швырнула ему. Но поднял кандалы с земли и бросил в реку.
– В Хелене ты скрывалась от меня два дня. Больше не спрашивай о моих мотивах, – бросил он.
Что ни говори, объяснение короткое, даже слишком. Но обычно она вообще не получала объяснений, так что этого более чем достаточно. Что-то явно изменилось между ними.
