– Черт возьми, нет! Я просто гадала, почему ты расположен к нормальной беседе только когда что-то жуешь?
– При условии, что у меня есть собеседник. Не то что девица, признающая, что разговаривает сама с собой.
Она рассмеялась, даже не зная, шутит он ли нет.
– Мама не учила тебя простой вежливости?
– Этому необязательно учить, все зависит от воспитания. Твои родные не молчали во время еды, верно?
– Мы с братом обычно дрались за столом. И без умолку болтали, – усмехнулась она.
– Так вы с братом не ладили?
– В основном – ладили.
Но я любила командовать: этакая старшая сестра-всезнайка, обожавшая хвастаться своими достижениями. А он был завистливым младшим братом без каких-либо успехов. Я очень его люблю, но он умел задеть меня за живое. Не назвала бы это достижением, но в этом искусстве его трудно было превзойти.
– Обычно драки за столом не приветствуются, – заметил он.
– Кто бы говорил! – рассмеялась она. – Мы с Джонни были детьми. Обычные ребяческие выходки. Будь я сейчас дома, мы и не подумали бы ссориться.
Она не собиралась впадать в ностальгию из-за тоски по дому и брату, но все же замолчала. Должно быть, эмоции отразились на лице, потому что Диган перестал есть и уставился на нее."
"– Я знал свинью по кличке Макс, – неожиданно объявил он.
Брови девушки сошлись:
– Обзываешь меня свиньей?
– Одна леди подружилась с ней и назвала Максимилианом, хотя все звали ее просто Макс. Я вовсе тебя не обзываю.
Она продолжала есть. Несколько глотков – и ее настроение улучшилось.
– Домашняя свинья, вот как? Не удивляюсь. Однажды я полюбила петуха, приносила ему отборные семена, не сердилась, когда он будил меня раньше, чем хотелось бы. Подбадривала его каждый раз, когда он дрался с нашим вторым петухом, тем, что постарше. Утешала, когда он проигрывал. Но в одной такой драке он погиб. Я плакала, как младенец, и едва не застрелила его убийцу, но бабушка помешала, и правильно. Из двух петухов только один может быть главным. После этого я больше никогда не дружила с животными, если не считать Ноубла.
Не люблю терять того, к кому привязалась.
– Так ты выросла на ферме?
– Птичьей ферме. Бабушка и дедушка построили дом подальше от города, так что Бингемы не были хозяевами нашей земли. Поскольку они владели почти всем городом, родители сначала спросили разрешения. Разрешение они получили. Но город рос в направлении фермы, так что Карл, вероятно, пожалел, что позволил им строиться.
