Проходя мимо комнаты коменданта, заметила открытую дверь и спросила:
— Безногий Бро, тут Ева мимо не пробегала?
Комендант вяло листал бумаги за крохотным столом. Почесал затылок и ответил:
— Даже хвоста видно не было. У нее с утра по выходным частные уроки под папиным надзором, — сонно зевнул маг с деревянными ногами, обнажая желтые крупные зубы. — Сама же знаешь, что эта малышка в будни прогуливает все что можно. А от Арчи не улизнуть.
Разве магистр не на практическом занятии со старшекурсниками? Как же охота на одичалых? Или сначала образование дочери, а работа потом?
Хотелось надеяться, что Ева ничего не скажет, пока не поговорит со мной.
Но она ребенок, а значит, все чувствует слишком остро.
В лазарете Фрай Дай развел кипучую деятельность. Полукровка магов земли и суши так умело колдовал пальцами-лианами над зельями, что я замерла в удивлении. Вот он окунул кончик зеленого растительного мизинца в розовую жижу и перенес каплю зелья в другую колбу. Та с шипением растворилась в синей воде, сделав ее прозрачной.
В воздухе стояла такая влажность, что казалось: еще немного — и кора на лице Фрая Дая размокнет.
Я только открыла рот, чтобы поздороваться и спросить, не видел ли лекарь Еву, как кто-то сзади пнул меня в пятку ботинка.
— Ой! — Я обернулась и испытала невероятное облегчение.
Дочка Арчи с самым воинственным видом собиралась выяснить отношения здесь и сейчас.
— Ева! — Я была так рада видеть девочку, что порывисто присела и обняла малышку, чем обезоружила ее на несколько долгих секунд.
— Не подлизывайся! — начала шевелиться в руках девчушка.
Шевелилась слабо, для вида. С наследственной силушкой, что досталась ей от папы, она с легкостью выбралась бы из объятий, если бы хотела. Даже пнула меня в ботинок, четко рассчитывая усилия, хотя в ее возможностях было одним пинком сломать кости.
И это окрыляло!
Было бы идеально поговорить наедине, но я боялась нарушить хрупкое начало диалога. Все равно Фрай Дай все знает.
— Прости, Ева! — обратилась к девочке. — Я не хотела обманывать тебя, у меня не было выбора.
— Все взрослые так говорят, — с упреком ответила малышка. — Я думала, что ты другой… Другая!
— Ева, ты слышала весь разговор? — с осторожностью уточнила я.
— С первого до последнего слова! — с вызовом крикнула девочка мне в лицо.
— Тогда ты знаешь, что я так сделала, чтобы выжить, — глядя прямо в глаза Еве, пояснила я. — У меня не было выбора.
