Ты же сама забирала меня из лазарета после лечения, помнишь?
— Могла мне сказать! Мы же друзья! — возмутилась крошка, стрельнув гневным взглядом по диагонали вверх. — Или это только я так думала?
На глазах девочки навернулись слезы."
"Мы общались громко, а Фрай Дай даже глазом в нашу сторону не повел. Все колдовал над зельями, подкидывал червяков в колбы и не обращал на нас никакого внимания. Кажется, в этот раз он слишком старался быть слепым и глухим. Что-то мне подсказывало, что вызвали меня сюда с такой срочностью по инициативе одной разгневанной малышки.
Какая умняшка все-таки! Была бы возможность — удочерила бы. Правда, Арчи вряд ли обрадуется…
Я посмотрела на обиженную мордашку Евы.
— Ты права: друзья доверяют друг другу. Я должна была сказать тебе, но боялась.
— Чего? Что я всем расскажу? — возмущенно посмотрела на меня Ева, вся став каменной в ожидании моего ответа.
— Конечно же, нет! Я боялась, что ты с девочками не дружишь, — шепнула я.
— Враки! — вспылила девочка, а потом осеклась, задумалась, рассуждая вслух: — Пусть у меня еще не было ни одной подружки, дело не во мне.
Просто женщины меня не любят. Кроме бабули и тети.
— С чего ты взяла? — удивилась я. Как можно не любить такую очаровашку?
— Потому что всем женщинам нужен папа, а от детей хотят избавиться. Я слышала, как одна из них говорила, что папа одинок только потому, что у него есть я. И что меня надо отправить навсегда на воспитание к бабуле. И скажи, как с такими дружить? Женщины — дуры!
— А я? А твоя бабуля? А тетя? — спросила я.
— Ну… — протянула девочка, наконец вынеся вердикт: — Ты первая, кто нормальный.
— Значит, ты будешь дружить со мной несмотря на то, что я девушка? — с улыбкой спросила я.
— Конечно же, буду! — уверенно заявила крошка.
— Как я рада! — Я еще крепче стиснула девочку в объятиях.
— Только больше не ври! — оговорила условие малышка.
— Ева… — Я спросила с опаской: — А ты папе не сказала?
— А что? — с вызовом спросила Ева, упрямо вскинув подбородок. — Папа хороший.
— Он не должен знать.
Ты же слышала, что вчера произошло? Иначе настоящий Сворски меня разоблачит, и тогда меня ждет большое наказание, — предупредила я.
— Не переживай. За папой как за каменной стеной. Он не даст тебя в обиду, как только узнает, что ты девушка. О! — В глазах девочки зажглось понимание. — Подожди, так ты теперь еще и моя мама! Подруга и мама! Вот это да!
— А… — я растерялась от прыти малышки.
— У меня никогда не было мамы… — продолжала воодушевленно Ева.
