Мне должно было быть стыдно за свое поведение, за то, что не оттолкнула в полную силу, что не использовала магию. Что оправдывала слабое сопротивление тем, что мне никогда не победить силача Арчи Рейва.
Но я-то знала, как нагло себе вру. Несмотря на допрос с пристрастием, весь мир подернулся романтической поволокой. И почему даже в слове ""пристрастие” я вижу один корень со ""страстью”? Мне пора лечиться.
Арчи еще спрашивает, люблю ли я другого. Смешно!
Нет, магистр, только ненавижу всем сердцем и хочу стереть его с лица земли.
Могу ли я поделиться этим желанием? Не знаю, право слово.
Одной было тяжело. Очень. Но поймет ли меня Рейв?
Я потянулась руками к маске мужчины и спросила, заглядывая в глаза:
— Я могу ее снять? Сложно говорить, когда не видно половину лица.
Арчи застыл на секунду, а потом еле заметно кивнул. Я осторожно подцепила края маски и потянула вверх, открывая лицо в рубцах.
— Вот так-то лучше, — слабо улыбнулась я.
Правда, лучше было только мне. Арчи словно весь превратился в камень.
Отпечаток прошлого на его лице до сих пор доставлял ему неприятные ощущения. Что уж говорить о моих чувствах: мне не повредили внешность — мою семью уничтожили. Я тоже каменею при одном упоминании имени Гордона Рамзи.
— Ты отомстил за свою травму? — Я не просто хотела узнать о прошлом мужчины — я хотела прощупать, понимает ли он меня.
Арчи нахмурился от неприятных воспоминаний, но все же ответил:
— Да. Тот, кто сделал это со мной, мертв.
Я видела, что Рейву не хотелось обсуждать прошлое, но он сделал над собой усилие ради меня.
Хотел поделиться своей историей, чтобы я раскрыла свою?
— Как он смог этого добиться с твоей невероятной регенерацией? Очень сильный маг? — удивилась я."
"— Мне было три месяца, когда маг огня выкрал младенца известного рода Рейв, желая отомстить за всех стихийников. Попытался меня убить, но я выжил. Остался только ожог на память. После этого я долгое время ненавидел стихийников. Даже потерял девушку, в которую был влюблен, из-за того, что не мог перешагнуть через ненависть: она была магом воды.
От последних слов стало так пусто внутри, что я резко вдохнула, стараясь заполнить себя хотя бы воздухом. Спросила, боясь услышать ответ:
— Я тоже стихийник. Ты меня ненавидишь?
— Нет. Ненависть в прошлом. Я перешагнул через это и только после этого смог жить полной жизнью, — признался магистр.
— Ты так стал чувствовать себя только после отмщения? — спросила, затаив дыхание.
