В этом холле никогда не стояла стража, а из-за шального и своенравного духа статуи в помещение старались лишний раз не заходить.
Только ошпаренный и отравленный рискнули бы залететь в него и целоваться под прицелом лука.
Что было в моей голове в тот момент — сам не знаю. Сворски не врал насчет отравления — сох на глазах. Я смотрел на ускользающую жизнь, и меня словно медленно топили в озере паники.
Я чувствовал себя словно в кошмарном сне. Происходящее меньше всего походило на привычную реальность: это преображение Сворски в девушку, эти неправильные эмоции внутри меня.
Казалось, что все вокруг меня сходят с ума и я следую их примеру, но я не просыпался. Мир невозмутимо спешил дальше, наплевав на мое недовольство сюжетом жизни.
Я планировал разоблачить Сворски. Разобраться с приворотной магией. Но как это сделать, если девушка в моих руках вот так умрет?
Да, головой я понимал, что это адепт, но мое тело упрямо не желало слушать разум. Воспринимало Марка исключительно как женщину.
Особенно сейчас. Особенно после преображения.
Я твердил себе сотни раз за вечер, что это какая-то приворотная магия. Что мошенник просто меня использует даже здесь и сейчас, получая чай. Но эти плавные движения Сворски рукой разбивали все мои аргументы в пух и прах. Ну как парень может так двигаться? Я не мог сейчас разоблачить его. Я хотел смотреть на нее дальше. Тьфу, него.
Хотя если вспомнить адепта до преображения — это же вздрагивать только. Там не было и речи ни о капле женственности.
Неужели пластичность тоже наколдованная? Это вообще законно?
Тогда это самое настоящее магическое оружие массового поражения. То, чему я подвергаюсь, издевательство."
"Невольно вспоминалось прошлое. Лея. Русалка, которая благодаря чарам морской ведьмы приобрела не только ноги, но и поменяла пол. Но влечение к ней было совершенно другим по природе, смешанное с моей тогдашней ненавистью к стихийникам. Меня же сейчас трясло мутящее разум низменное чувство. Мне хотелось обладать безраздельно, и это правда был дурной сон.
Клянусь, я скоро проснусь!
Я даже провел параллель, вспомнив, как тогда меня тянуло к Лее. Может, и здесь какая-то магия?
Но всё сомнение разбилось о железный аргумент: Фрай Дай не стал бы врать. А уж кто, как не целитель, знает истинную природу пациента.
И вот Сворски снова собирался стать гостем лазарета. Прямо сейчас. Пышные формы сдувались на глазах, кожа серела, а я лихорадочно пытался передать часть сил.
