Д'Артаньян — гвардеец кардинала. Провинциал, о котором заговорил Париж

 — Черт, в какой же стороне дверь, куда бежать?»

К его великому облегчению, послышался спокойный голос Рошфора:

— Ага, вы уже мирно беседуете? Любезный господин Скалигер, для вас есть любопытная задачка…

— Нет ничего любопытнее цифр и чисел!

— О том и речь, — терпеливо сказал Рошфор. — Вот тут у меня зашифрованные письма, которые…

— Ни слова более! Давайте сюда! Так бы сразу и сказали!

Старичок выхватил у него свиток и убежал куда-то в дальний угол.

— Граф, — шепотом произнес д'Артаньян. — Куда вы меня привели? Это же сумасшедший!

— Ну разумеется, — с полнейшим самообладанием ответил Рошфор.

 — Законченный безумец. Этого бедолагу зовут Жозеф Скалигер, он гугенот, астролог и математик… и свихнулся на том, что вся мировая история, изволите ли видеть, может быть рассчитана каббалистическими методами на основе каких-то «совершенных чисел» и манипуляций с вычислениями… Ну да вы сами слышали.

— Зачем же мы пришли? Его нужно срочно запереть в смирительный дом…

— Ну что вы, — с тонкой усмешкой сказал Рошфор.

 — Кому мешает один свихнувшийся астролог, если он не опасен для окружающих? Пусть себе забавляется с цифрами и ищет закономерности там, где их нет. Когда умрет, эту груду бумаг слуги продадут в бакалейные лавки — нельзя же всерьез поверить, что бред этого бедняги что-то значит. Однако… Д'Артаньян, он безумец во всем, кроме вычислений. Каковые, надо отдать ему должное, проделывает с невероятной быстротой. Нет такого шифра, к которому…

Из-за груды книг выскочил старичок, ликующе размахивая письмом.

— Вот и все, стоило огород городить! Ну конечно же, метод замещения цифрами букв французского алфавита вкупе с обозначением абзацев особыми знаками!

— У вас получилось что-то осмысленное? — спросил Рошфор живо.

— А? Понятия не имею, посмотрите сами. Вроде бы что-то такое складывалось, но мне это уже неинтересно…

Рошфор взял у него бумагу и тихо прочел:

— Да? — отозвался старичок без малейшего интереса. — Ну, вам виднее, а поскольку это не имеет никакого отношения к Великой Системе расчета подлинной истории, я и голову себе не собираюсь забивать этими вашими житейскими глупостями! Не мешайте, мне надо работать…

— Милейший господин Скалигер, — вкрадчиво сказал Рошфор.

 — Я был бы вам весьма признателен, если бы вы подобным образом разделались со всеми шестью письмами…

— Я дам вам целых пятьдесят пистолей, и вы себе купите много бумаги и чернил, незаменимых для расчетов… для ваших гениальных расчетов!

— Вы, пожалуй, правы, — неохотно признался старичок.