Д'Артаньян — гвардеец кардинала. Провинциал, о котором заговорил Париж

 — Пора показать этим дворянчикам, что им не все позволено! Пуэн-Мари, Жак, бегите за арбалетами! Надо сделать из этого молодчика добрую подушечку для булавок!

По толпе прошел глухой одобрительный ропот. Из своего неудобного положения д'Артаньян тем не менее рассмотрел, что лицо Рошфора и его не сулившая ничего доброго улыбка казались высеченными из куска льда.

Не двинувшись с места, небрежно вложив шпагу в ножны, черноволосый дворянин громко произнес:

— Эй вы, у ворот! А ну-ка, назад! Прежде чем бросаться на человека, не мешает поинтересоваться его именем… Я — граф Рошфор, конюший его высокопреосвященства кардинала.

Я всегда выполняю свои обещания… а потому не заставляйте меня поклясться, что я подожгу ваш городишко с четырех концов…

Его слова оказали прямо-таки магическое воздействие на толпу разъяренных горожан: едва прозвучало упоминание о кардинале, сжатые кулаки разжались, на смену злости пришел испуг, даже д'Артаньяну, чье сознание туманилось из-за потери крови, стало ясно, что быстротечная кампания бесповоротно проиграна жителями Менга.

Еще несколько мгновений — и толстяк, намеревавшийся послать за арбалетами, с самым униженным видом приблизился к Рошфору, бормоча что-то насчет трагической ошибки и еще о том, что его неправильно поняли, что он был и остается вернейшим слугой его высокопреосвященства кардинала Ришелье…

— Не сомневаюсь, — небрежно отмахнулся Рошфор. — Что же, избавьте меня от вашего общества, милейший, и прихватите с собой свою свору… Эй вы! Живо перенесите молодого человека в дом! Лекаря, быстро! Найдется в этом городишке хоть один эскулап, которому можно доверить не лошадь, а человека? Ну, так что же вы стоите?

Его приказания исполнялись с поразительной быстротой.

Кто-то опрометью кинулся за лекарем, слуги проворно подхватили д'Артаньяна и внесли в обеденную залу, где, сняв с юноши куртку, уложили на широкую скамью. Любопытных следом набилось столько, что в окнах померк свет.

— Как вы себя чувствуете? — спросил Рошфор, склонившись над гасконцем.

— Благодарю вас, все в порядке, — браво ответил д'Артаньян, хотя готов был вот-вот потерять сознание. — Наклонитесь ближе… Рошфор, вам не следует ехать по Амьенской дороге…

Рошфор, моментально выпрямившись, громко распорядился:

— А ну-ка, все, кому не хочется висеть на воротах, вон отсюда!

Послышался шум и треск — присутствующие так спешили покинуть помещение, отталкивая один другого, что едва не вывернули дверные косяки.