Д'Артаньян — гвардеец кардинала. Провинциал, о котором заговорил Париж

В самом деле, бывают ситуации, когда дворянин не принадлежит себе…

Оба достойных шевалье молча смотрели на него с сумрачным видом людей, получивших нешуточное оскорбление — и намеренных в самом скором времени за него расплатиться. Д'Артаньян, осознававший всю серьезность ситуации, тем не менее улыбался во весь рот: кому еще удавалось так вот оконфузить двух мушкетеров в присутствии их капитана? Пожалуй, удовольствие это стоило крушения надежд на мушкетерский плащ…

— Вот видите, господин де Тревиль, господа молчанием выражают свое согласие, — сказал д'Артаньян.

— Он обвиняет вас в том, что вы похитили его письма, — с бесстрастным видом произнес де Тревиль.

— По-моему, это одно и то же, — сказал де Тревиль. — Как бы вы ни играли словами подобно вашему учителю Рошфору… Атос? Портос?

Атос, подняв правую руку, произнес с тем же хладнокровием:

— Даю слово дворянина, что я не похищал писем этого… юноши и даже не держал их в руках.

— Вот именно! — сказал Портос. — Вот именно! Я тоже клянусь!

— Не сомневаюсь, господа, что именно так все и обстояло, — сказал д'Артаньян. — Но можно ли сказать то же самое о ваших слугах? Можете ли вы поручиться за них в том, что они…

— Сударь, вы невежа, — сказал Атос, бесстрастностью тона лишь подчеркнувший оскорбление. — Сразу видно, что вы приехали издалека. У дворян столицы королевства нет и не может быть привычки ручаться за слуг. Ручаться за слугу? Фи! Где вы воспитывались?

— Откровенно говоря, я вовсе и не воспитывался, — сказал д'Артаньян.

— Дьявольщина! — прорычал Портос. — Убьет его кто-нибудь наконец?

И он сделал движение, словно собирался выхватить шпагу.

— Вы еще не излечились от простуды, вынудившей вас носить плащ даже в нынешнюю жаркую погоду? — кротко спросил д'Артаньян.

Портос, издав нечленораздельный рык, на ладонь вытянул клинок из ножен, но де Тревиль резко приказал:

— Те, кто видел меня в Менге, в деле с господином Портосом, вряд ли станут употреблять такое определение, — сказал д'Артаньян хладнокровно, чувствуя себя победителем в этой странноватой стычке.

— Извольте замолчать, сударь! — прикрикнул на него де Тревиль.