Д'Артаньян — гвардеец кардинала. Тень над короной Франции

А потом и думать стало некогда — нужно было горы свернуть, из шкуры вон вылезти, но ухитриться остаться в живых, потому что его смерть, он убедился, означала смерть и для нее…

Дуэлью, разумеется, и не пахло, какой там кодекс чести… Понукаемые командами высокого — он торопливо заматывал краем плаща кровоточащую руку, оставшись на прежнем месте, — шестеро ринулись на д'Артаньяна. Схватив девушку за руку, он буквально забросил ее в тупичок слева, а сам загородил туда дорогу, свободной рукой торопливо срывая с себя плащ.

Тот, кто всю жизнь — пусть и короткую — прожил на границе с Испанией, обучился кое-каким тамошним ухваткам, безусловно недопустимым в поединке меж двумя благородными господами, но вполне уместным, когда схватишься с гнусными злодеями…

— Каррамба! — заорал д'Артаньян поневоле пришедшее на ум испанское ругательство.

За спинами нападавших мелькнули чьи-то испуганно-любопытные рожи, самого простолюдинского обличья, — ну конечно, в Париже достаточно любого пустяка, чтобы сбежались зеваки…

Плохо, что красный форменный плащ так короток.

Улучив момент, д'Артаньян накинул плащ на голову ближайшему, рванул его на себя, заставив потерять равновесие. Шпага злодея на миг косо опустилась к земле, коснувшись ее острием, — и гасконец вмиг переломил ее сильным ударом ноги, а потом, увернувшись от вслепую рассекавшего воздух клинка даги, влепил коленом прямо в физиономию врага, отчего тот с диким воплем опрокинулся и надолго выбыл из схватки.

Д'Артаньян взмахнул плащом перед лицом другого, прикрывая им шпагу так, чтобы противник ее не видел, — и угодил мерзавцу острием пониже шеи, в ямку меж ключицами: тут не до благородных церемоний…

Четверо ожесточенно напирали на него, мешая друг другу. Над самым плечом гасконца просвистел небольшой стилет, прилетевший из тупичка, — некому было его бросить, кроме Анны… Он не нанес противнику особенного урона, упал наземь, но один подонок от неожиданности отшатнулся, и д'Артаньян успел пустить ему кровь, хлестнув клинком по щеке.

Отбросив ложный стыд, д'Артаньян заорал во всю глотку, отбивая удары и уворачиваясь:

— Ко мне, гвардейцы кардинала!

Обмотав левую руку плащом, он отбивал ею удары, как щитом, вертясь волчком, приседая и уклоняясь. Убийцы наседали, подбадривая друг друга яростными воплями.