То, что сейчас происходит в Октавии, мне самому не нравится. Но я могу всё исправить.
– Как? – Он прыснул от негодования. – По-твоему, это дело пяти минут?
– Нет, но я…
– Ты, – Джером грубо ткнул меня пальцем в грудь, – даже не можешь справиться со своей силой, а пытаешься изменить всю страну.
Я не желал выслушивать очередную лекцию о своих натянутых отношениях с тёмной материей. Скэриэл, очевидно, ввёл его в курс дела. Впрочем, это не было тайной в Центральном районе, так к чему скрывать подобное в Запретных землях? Но колкие слова задели за живое.
– Чистокровка, не способный управлять тёмной материей, – усмехнулся Джером. – Насколько же ты ужасен в этом, если полукровка помогал тебе?
Я толкнул его, не так сильно, как мог, но чтобы ясно дать понять: на одном разговоре мы не закончим, если он продолжит в том же духе.
– Прекрати, а не то…
Джером ухмыльнулся.
– Что? Нажалуешься на меня своему братцу? О, точно, сводному братцу. Что скажет твоя сестрёнка, когда узнает об этом? А друзья? Останутся ли они с тобой, после того как поймут, что ты не Хитклиф, сын банкира?
Это был запрещённый приём.
– Не вмешивай в это Габриэллу. Ты тоже ни черта обо мне не знаешь.
– Я знаю о тебе достаточно. – Голос его так и источал яд.
От ярости руки сами непроизвольно сжались в кулаки. Кровь стучала в висках.
– Правда такова, что ты даже себя защитить не можешь. Ни себя, ни свою семью, ни своих друзей.
– А что насчёт тебя? Ты можешь защитить тех, кто тебе дорог?"
"Оскал Джерома сменился растерянным выражением лица, словно я ударил под дых.
– И я не могу, – вдруг обречённо выдохнул он, а затем с горечью прошептал, будто боясь собственных слов: – Мы оба ничего не можем сделать ни Скэриэлу, ни системе Октавии.
Я был в смятении. Окинув меня угрюмым взглядом, он добавил:
– Так что заткнись и беги домой, пока тебе есть куда бежать.
– Пока?
Джером прикусил губу и отвернулся.
– Что ты имеешь в виду?
Он взял телефон в руки, изобразив полное равнодушие.
– Я уже всё сказал.
– Джером!
– Отвали, Хитклиф.
Недолго думая, я присел на колено и вытащил нож, спрятанный под штаниной в высоком ботинке. В жгучей ярости направил лезвие на Джерома и свирепо проговорил:
– Может, так ты будешь воспринимать меня всерьёз?
Он посмотрел на меня с таким недоумением, будто я размахивал не ножом – чёрт меня дёрнул вообще его достать, – а зубочисткой.
– Откуда это у тебя? – Он решительно направился ко мне.
