Дающий

А в прошлом году, помнишь, как ты радовалась, когда тебе выдали форму с пуговицами спереди?

Девочка улыбнулась и посмотрела на свой пиджак с крупными пуговицами, знак того, что ей Семь. Четырехлетние, Пятилетние и Шестилетние носили форму, которая застегивалась сзади, так что им приходилось помогать друг другу одеваться — так они приучались к взаимозависимости.

Пиджак с пуговицами спереди — первый знак независимости, первое заметное свидетельство взросления. Велосипед, который Лили получит в Девять, будет символом движения — от детства в Семейной Ячейке к взрослой жизни в коммуне.

Лили все-таки вывернулась из рук Матери.

— А ты в этом году получишь Назначение! — возбужденно сказала она Джонасу. — Хорошо бы тебя назначили Пилотом. И ты тогда меня возьмешь в полет!

— Конечно возьму, — сказал Джонас. — А еще я возьму для тебя маленький парашютик, и когда мы поднимемся на пять тысяч метров, я открою дверь и…

— Джонас! — одернула его Мать.

— Да ладно, я пошутил. Я все равно не хочу быть Пилотом.

Если получу такое Назначение, подам апелляцию.

— Иди сюда, — сказала Мать Лили и еще потуже затянула ей ленты. — Джонас, ты готов? Таблетку принял? Я хочу занять хорошие места в Лектории.

Она подтолкнула Лили к двери. Джонас вышел за ними.

До Лектория было недалеко. Всю дорогу Лили махала друзьям с багажника материнского велосипеда. Когда они доехали, Джонас поставил свой велосипед рядом с другими и отправился искать одногруппников.

В такой толпе это было непросто — на Церемонию собиралась вся коммуна.

Родителям давали два дня выходных — они все вместе занимали одну огромную секцию зала. Дети сидели отдельно — по группам. На сцену их вызывали по одному.

Отец, правда, не сразу займет свое место рядом с Матерью. Во время первой Церемонии Называния Воспитатели должны выносить Младенцев на сцену. Со своего места Джонас пытался увидеть Отца. Найти его секцию было совсем несложно — оттуда доносились вопли Младенцев, беспокойно вертевшихся на руках Воспитателей.

Во время всех остальных публичных церемоний люди в зале сидели тихо и спокойно, и лишь раз в году все с улыбкой наблюдали за суетой вокруг новорожденных, готовящихся получить имя и родителей.

Джонас наконец нашел взглядом Отца, который держал на коленях какого-то малыша, и помахал ему. Тот улыбнулся, потом поднял своей рукой ручку ребенка и помахал Джонасу в ответ.

Но это был не Гэбриэл. Сегодня Гэбриэл был в Воспитательном Центре с Ночными Воспитателями.