Дающий

Она ждала. Они принесли шприц и попросили закатать рукав.

— Ты подумал, что она была недостаточно храброй. Я ничего не знаю о храбрости, не знаю, что значит быть храбрым. Я только знаю, что я сидел здесь оглохший от ужаса. Жалкий и беспомощный. А Розмари говорила им, что предпочла бы сделать укол сама. И сделала. Я этого не видел. Я отвернулся.

Дающий посмотрел на Джонаса.

— Вот так, Джонас. Вот ты и узнал, что такое Удаление, — сказал он горько.

Джонасу стало трудно дышать, он почувствовал страшную боль, которая вырвалась наружу плачем.

— Я не пойду! Я не пойду домой! Вы меня не заставите! — Джонас кричал, всхлипывал, бил по кровати кулаками.

— Сядь, Джонас, — велел Дающий.

Джонас послушался. Его трясло. Он сел на краешке кровати. На Дающего он не смотрел.

— Ты можешь остаться здесь. Я хочу поговорить с тобой. Сейчас тебе нужно сидеть очень тихо, я сообщу твоим родителям, что ты не придешь. Никто не должен слышать, как ты плачешь.

— Никто не слышал, как плачет этот ребенок! Никто, кроме моего Отца! — крикнул мальчик и снова зарыдал.

Дающий молча ждал. Наконец Джонас затих. Он сидел скрючившись. Его все еще трясло.

Дающий подошел к громкоговорителю и включил его.

— Да, Принимающий. Чем могу помочь?

— Сообщите Семейной Ячейке нового Принимающего, что он остается у меня на ночь для дополнительного обучения.

— Конечно, сэр. Спасибо за указания, — сказал голос.

— Конечно, сэр. Конечно, сэр, — пробормотал Джонас с издевкой. — Конечно, сэр. Все сделаю, сэр. Буду убивать людей, сэр. Старых? Новорожденных? Как скажете, сэр.

Дающий схватил его за плечи. Джонас умолк и уставился на него.

— Послушай, Джонас. Они не виноваты. Они ничего не знают.

— Вы мне это уже говорили.

— Я говорил тебе это, потому что это правда. Они так живут. Живут той жизнью, которую для них придумали. И ты жил бы так, если бы тебя не избрали моим преемником.

— Но он солгал мне! — заплакал Джонас.

— Ему велели так сделать, и он не умеет по-другому.

— А вы? Вы тоже мне лжете? — прошипел Джонас.

— Мне позволено лгать, но тебе я никогда не лгал.

Джонас смотрел на него, не мигая.

— Удаление всегда такое? И для тех, кто нарушает правила три раза? И для Старых? Они и Старых убивают?

— А как же Фиона? Она же любит Старых! Она учится заботиться о них. Она еще не знает? А что же она будет делать, когда ей скажут? Как она себя будет чувствовать? — Джонас вытер мокрое лицо рукавом.