Дающий

Так что если тебе удастся сбежать, если это произойдет, а ты знаешь, что пути назад не будет…

Джонас мрачно кивнул. Эта часть его очень пугала.

— Да, я понимаю, но если вы отправитесь со мной…

Дающий покачал головой и жестом попросил его замолчать.

— Если ты окажешься далеко, в Другом Месте, коммуне придется взять бремя твоих воспоминаний на себя. Я думаю, они справятся с этим, и мудрость придет к ним. Но это будет невероятно тяжело. Когда мы потеряли Розмари десять лет назад, и ее воспоминания вернулись к людям, они запаниковали.

И по сравнению с теми, что хранишь ты, у нее было совсем немного. Когда твои воспоминания вернутся, коммуне понадобится помощь. Помнишь, я помогал тебе, когда ты только начал принимать воспоминания?

— Да, я помню. Вначале было страшно. И очень больно.

— Тебе была нужна моя помощь. Им она тоже понадобится.

— Все это не имеет смысла. Они найдут мне замену. Они изберут нового Принимающего.

— Сейчас нет никого, кто был бы готов к обучению. Они, конечно, постараются выбрать его поскорее, но я не знаю ни одного подходящего ребенка.

— Есть девочка со светлыми глазами. Но она Пятилетняя.

— Да, правильно. Я понимаю, о ком ты. Ее зовут Катарина. Но она слишком мала. Так что им придется взять эти воспоминания, хотят они или нет.

— Я хочу, чтобы вы пошли со мной, — взмолился Джонас.

— Нет. Я останусь, — строго сказал Дающий. — Я хочу этого, Джонас. Если я уйду с тобой, мы оставим их совершенно беззащитными перед грузом воспоминаний. Никто не сможет им помочь. Наступит хаос.

Они просто перебьют друг друга. Я не могу их бросить.

— Почему мы с вами вообще должны о них заботиться?

Дающий посмотрел на него с улыбкой. Джонас опустил голову. Конечно, они должны о них заботиться. Ради них все и затевалось.

— Кроме того, Джонас, мне это не под силу. Я слабею. Я говорил, что уже не различаю цвета?

У Джонаса защемило сердце. Он погладил Дающего по руке.

— У тебя цвета, — сказал Дающий. — У тебя смелость. И у тебя будет сила — я помогу тебе ее обрести.

— Год назад, когда я только начинал видеть цвета, вы сказали мне, что у вас было по-другому.

И сказали, что не можете мне объяснить.

Лицо Дающего просветлело.

— Да, так и есть. И, представляешь, все твои знания, воспоминания, всё, чему ты научился за год, не поможет тебе понять, о чем я говорю. А все потому, что я немного пожадничал и не дал тебе ни капли этого. Я хотел сохранить это до последнего.

— Когда я был мальчиком, младше, чем ты сейчас, это начало происходить.