— Ты её на совсем увозишь?
— Нет, — закуривает вторую сигарету. — Пока сюда летел девять часов, чуть уши не опухли от желания курить, — объясняет. — В начале марта будет суд. После него Алина вернётся к прежней жизни.
— Суд? Над кем?
— А это тебе знать не положено. Не волнуйся! Я с неё глаз не спущу всё это время. Если с ней что случится — с меня три шкуры снимут. Ну, и с работы попрут, естественно. Ещё и с волчьим билетом. Меня потом даже охранником в супермаркет не возьмут, — усмехается.
Во мне начинает подниматься ревность.
Алина и он вдвоём двадцать четыре на семь. А мужик он на вид нормальный, подобные девчонкам нравятся. Как говорит Ксюха — брутал.
И мне такое соседство рядом с Белкой не по кайфу.
— Поехали, — говорит, докурив сигарету.
— Куда?
— Собаку надо домой отвезти, а то туда с живностью не пускают. У них своя. С усами и шестилапая, — шутит.
Да ладно⁈
Мы едем ко мне. Москвич поднимается со мной.
— Можно? — просит разрешение осмотреть квартиру.
— Да.
На кухне накладываю Дикому побольше корма и наливаю воды в миску.
Гость внимательно осматривает вещи в комнатах. Заглядывает под стол, подоконники, шторы и каждый угол.
Подходит и раскрывает ладонь. Три жучка. Я их в армии видел.
— Один здесь, другой в спальне, третий на кухне.
Я ничего не могу сказать. Я уже понял, что нас слушали, ещё при допросе.
— Не понимаю, как их могли поставить, когда он почти всегда дома? — смотрим на Дикого.
— Значит, воспользовались вашим отсутствием на прогулке.
— Может быть, поэтому он был такой беспокойный? Почувствовал присутствие чужого в доме, а я прохлопал.
— Беспокойный? Теперь понятно, чего он так Аксёнова невзлюбил. Не думал, что здесь нач отдела лично по квартирам работает. Для этого подчинённые есть. Нам пора, — взгляд на часы.
— Пока, зверюга. Не скучай, — прощаюсь с Диким.
*Пян-се — пирожок из дрожжевого теста с начинкой из мяса, лука и капусты, приготовленный на пару.
** Маласянь — острая китайская приправа.
Глава 35
Глава 35
Подъезжаем к двухэтажному зданию на отшибе города.
Больница, но не травматология.
— Здесь же кожников лечат? — идём по аллее к входу.
— Бывший санаторий МВД, палаты на один-два человека, душ и туалет при них. Минимум контактов, удобное расположение. Это всего на день.
Не знаю… Я испытываю брезгливость в таких местах, словно можно что-то подцепить. Это неконтролируемо.
Москвич ведёт меня по коридору второго этажа в самый конец.
Только сейчас я осознаю, что даже не знаю, как его зовут.
