Время три часа дня, а тут словно вечеринка и не заканчивалась, но продолжается уже вяло и неспешно. Почти обнаженные девушки, одна как раз сейчас старается в районе паха того самого Карима. Он лишь давит на ее затылок сильнее, дергается, прикрыв глаза, потом отталкивает шлюху в сторону, заправляет член в расстегнутые джинсы.
— О, кого я вижу, сама легенда пожаловала в мою скромную обитель.
— Да, что «скромная», я обратил внимание.
— Чем обязан? Присаживайся, брат, выпей, покури, все для тебя. Угостись парой дорожек, — Карим указывает на стеклянный столик, на нем пластиковые карты, наркота, свернутые в трубочку купюры.
— Может, девочку? Хотя, я слышал, у тебя сейчас своя зверушка завелась.
О, а это интересно.
— Откуда такая информация? — присаживаюсь в кресло, но отказываюсь от предложенного.
— Так город маленький, а зверушка непростая.
— Забавно, Минаев побежал жаловаться тебе, а не ментам. Как интересно устроен мир. Он тебе чисто в жилетку поплакаться или просил помочь?
Карим молчит, снова затягивается, выпуская густой дым прямо перед собой, так что его лица становится не видно.
Когда меня закрыли, этого клуба не было, а у него было несколько мотелей, они же притоны с наркоманами и проститутками, где барыги толкали второсортную дурь.
Каждый занимал свою нишу, такие, как Карим, всего лишь небольшая шестеренка в огромном отлаженном механизме. Но вот случилось так, что он стал что-то и значить. Интересно, как поднялся? Кто помог?"
"Мы не имели с ним никакого дела.
Мы — как странно сейчас звучит. Я уже стал забывать, что нас было трое: я, Минаев и Сашка. Александр Седых, друг, каких нужно еще поискать. Не хочу откатываться в прошлое, и так несколько лет собирал память как мозаику, но так и не получается вспомнить тот вечер.
Смотрю на Салиева, суровый кавказец, видно, что под кайфом, не знает первое правило наркоторговца — не сидеть на своей же дури.
— Так чем обязан, Саф? Только из уважения к прошлому. Высоко вы тогда поднялись, жаль, на вершине остались не все.
Да, не все. Кто на дне, кто в могиле, а кто-то, зацепившись крепкими зубами, столкнув всех вниз, остался на той высоте. Но это мы исправим.
— Расскажи о Минаеве. Приезжал? Что рассказывал?
— А ты вернулся вершить справедливость? Или покарать и все отнять? Наказать за прошлые дела?
— А здесь как карта ляжет, меня все расклады устроят.
Карим усмехнулся, снова затянулся, лениво обвел взглядом комнату и свою компанию.
