Она слушается, веду ее обратно в гостиную, вместе ложимся на диван, Влада устраивается на моей груди, под ладонью ее шелковистые волосы, хрупкая, теплая, как котенок.
— Он нас всех убьет?
— Кто?
— Минаев.
— Нет, его быстрее сожрут черви, обещаю, крошка.
Глава 31. Влада
Проснулась одна и в незнакомом помещении. Тело затекло, диван узкий, твердый, помню, как пришла в эту комнату к Данилу ночью, как он уложил меня рядом и сказал, что нужно спать.
Солнце уже пробивалось лучами сквозь красивые белые шторы, узорная тень падала на паркетный пол.
Села, огляделась по сторонам, вчера так и не поняла, где нахожусь, была такая внутренняя истерика, словно энергия, скопившаяся в горячий шар внутри меня, лопнула. Потекли слезы, а потом просто уснула.
Да, я думала, что тот день, когда Сафин меня украл, будет самым запоминающимся и ужасным днем моей жизни. Но оказалось, что он был вчера, и неизвестно, что будет дальше.
Если Минаев так уверен в своей безнаказанности, обладая безграничной властью, и его не остановило даже то, что это был день, вокруг были люди, то он наверняка может вытворять что угодно и вновь повторить попытку моего похищения.
И что за странная блажь?
Больной какой-то. Вячеслав никогда не приставал, не проявлял себя, да, был некий интерес, но я списывала его на простое участие по-родственному.
Его жена удивила не меньше.
Они стоят друг друга.
Алчная сука и самоуверенный мерзавец.
Идеальная пара.
— Вы уже проснулись?
— Да, Михаил Робертович, а где Данил?
— Я вам все расскажу, но для начала водные процедуры и завтрак, я вас жду, все принадлежности вы найдете в ванной.
Старый адвокат заглянул и тут же пропал, он очень милый: седые, зачесанные назад волосы, сам невысокий, худощавый, с аккуратной бородкой, но цепким взглядом под толстой оправой очков.
Значит, Данилы нет дома.
Прошлась по комнате, рассматривая фотографии, они, как и все здесь, были из прошлого века. Тяжелые рамки, в них пожелтевшие черно-белые снимки красивой женщины и мужчины.
Кое-где они были молодыми, а где-то уже старше — подтянутые, в туристическом походе, на море и горных лыжах, потом старше, но такие же счастливые и влюбленные. Михаил Робертович и его дама сердца, я бы сказала так, потому что даже с этих старых снимков время не стерло их любовь.
В ванной с тоской посмотрела на свой внешний вид, мятую футболку, испачканные в крови и кофе светлые брюки и заплаканные глаза.
