Дань псам. Том 1

Главное, когда Ваза забеременеет, от него отстанут родители, да и она сама, наверное, обрадуется и перестанет ходить с вечно несчастным лицом, то и дело вздыхать и тоскливо глядеть в окно.

Кроме того, она ведь тоже поклоняется деньгам. Одному Худу ведомо, сколько она тратит на дорогие безделушки и бессмысленные удовольствия. А как появится ребенок – и потом еще трое или четверо, – так она сразу станет довольной и не будет докучать мужу.

Без жертвы не обойтись. Так принеси ее, дорогая. Кто знает, может, тебе это даже понравится.

Полтора колокола спустя Видикасов экипаж наконец выехал за Двуволовые ворота; дорога расширилась, и лошади зашагали быстрее. По сторонам от дороги тянулся Майтен – унылое зрелище (впрочем, куда еще деваться потерянным и обездоленным?). Чтобы вытерпеть, Горлас закрыл ставни и держал под носом ароматический шарик.

Придя к власти, он прикажет вырыть на Заселенной равнине огромный котлован, чтобы в нем закопать всех этих бесполезных тварей. Как просто: нет денег заплатить за лекаря – ну, не судьба, зато на похороны можно не тратиться!

Наслаждаясь мыслями об этом и других улучшениях, которые ожидают общество, под скрип колес Горлас задремал.

Ваза сидела у себя в уборной и разглядывала луну под стеклом. Что ей терять, кроме доброго имени? Да и о потере ли речь? Ханут будет ехидно улыбаться, Шардан станет ходить гоголем так, и каждый поймет, какой секрет он хранит. После них появятся другие, с похожими ожиданиями. И может быть, она все-таки войдет во вкус.

А рано или поздно ей встретится мужчина, который почувствует, что любит ее, и тогда Ваза приступит к выполнению своего замысла – единственного замысла, но в высшей степени разумного и логичного. Более того – оправданного.

Порой звери, посаженные на цепь, кидаются на своих хозяев. И иногда даже разрывают им глотку.

Но нужно время. Ни Шардан Лим, ни Ханут Орр не годятся: несмотря на то, что их триумвират построен на расчете, без Горласа они не обойдутся.

В конечном итоге, если сложится благоприятная обстановка, они пойдут друг против друга, но произойдет это, вероятно, очень нескоро.

Сможет ли она справиться сама?

В чем смысл моей жизни? Нет, правда – в чем? Ответа не было. Ваза чувствовала себя ювелиром, которому все равно, с каким материалом работать. Блестящий камешек или тусклый, редкий или заурядный – ему нет до этого дела. Единственное различие в том, сколько покупатель готов заплатить.