Дар

Честно говоря, меня обуревали противоречивые чувства. С одной стороны очень хотелось довериться и вручить свою жизнь в лапы этих кажущихся такими надежными мужчин, а с другой, весь мой печальный опыт говорил, что доверие — вещь опасная и потом очень больно падать, когда тебя ударит тот, кому верила. Да и кого я обманываю? Я всегда была и буду мишенью. Эти оборотни, даже при всем своем благородстве меня не защитят от жадных рук Храма и всего мужского населения Террии. Я вздохнула.

Врать не хотелось. Особенно Витару, рядом с этим немного странным, но каким-то удивительно внутренне сильным мужчиной, очень просто быть слабой. Но нельзя. Древняя, дай мне сил!

— Вер, Витар, я же вам говорила, что очень плохая спутница, — я попыталась заглянуть мужчине в глаза. Великий Отец, мне совсем не хотелось, чтобы у него были проблемы еще и из-за меня. У них, вон своих выше тех самых Иссольских гор. Я продолжила шепотом, на грани слышимости.

 — Мне тоже есть, что рассказать. Может тогда вы перестанете настаивать на моей компании. Горы уже близко. Я должна попытаться попасть в Белозерье. Может быть там я наконец перестану чувствовать себя загнанным зверем. Поверьте, если загонщики ещё не объявились, то это не значит, что охота не начата.

К моим губам приложили палец, осторожно, но настойчиво предлагая замолчать.

— Сегодня вечером мы окажемся в пределах Калты — это столица дружественной к Иссолии Родии.

У нас будет время все обсудить без лишних и очень чутких ушей. Только не надумывайте себе лишнего. Я сумею вас защитить. Просто поверьте. И то место, куда вы собрались — не выход. Вы многого не знаете. — Витар соскочил с телеги, не дав мне возразить. — Сейчас Гент принесет вам поесть и, пожалуйста, поспите еще. Вам надо набираться сил. До вечера, Илия, и не о чем не беспокойтесь."

"С этими словами он просто скрылся.

И я осталась с сотней вопросов и дурных предчувствий. А еще отчего-то стало как-то неуютно без его спокойной силы рядом. Древняя, ну о чем я снова?

Гент подъехал через несколько минут и спешился. Мне протянули фляжку и сверток. А сам что-то быстро сказал ведущему под уздцы лошадь варду. Забрал у него поводья, привязал своего коня сбоку к телеге и уселся править мерином, который, судя по всему, в этом и не особо нуждался.