Одиночество, ложь и недоверие — три постулата поведения сестры Каталины, чтобы не выдать себя и просто выжить. А сейчас обо мне заботились и это было странно… А еще подозрительно — привычка никому не верить не исчезает в одночасье по мановению руки.
Я вздохнула, прогоняя тоску. Ладно, начнем с малого — пока просто осмотримся и потом будем решать куда двигаться. И надо ли…
Вовремя я. Телега подо мной ехала по вполне приличной дороге из тщательно утрамбованного гравия и серой глины. А это значит, что правители Родии не жалеют средств на доставку глины со знаменитых на всем континенте Суэльских карьеров, которыми были изрыты прибрежные земли.
Лучшие дороги всегда получались из этой склеивающей намертво серой массы и осколков гранита, который так же в Суэльском княжестве — сателлите Иссолии — добывали уже не один век. Таларский кряж, что по договору с Иссолией разрабатывали князья из вардского рода Вередских, издревле управлявший землями возле одноименного с княжеством Суэльского залива. Вередские же и чаще всего вели все дела с людьми, естественно с позволения и по велению своего короля.
Строительство было одной из статей дохода — такие вещи я знала из уроков, что мне преподавали в Храме. В мою голову вообще успели впихнуть огромное количество знаний. Ведь никто точно не знал куда отправят, а по сути, просто продадут Дочь Солнца, а значит она должна разбираться в экономике и политике разных стран, чтобы суметь вовремя повлиять на своего господина. Разумеется в пользу и во славу Великого Отца, а кого же ещё? Ну, не Храма же? Как можно? Храм лишь проводник Его воли.
А как иначе!? Кто же ещё направит оступившихся и обратит в истинную веру заблудших?
Так вот, сия замечательная дорога, тянулась среди свежевспаханных полей, отмеченная столбиками с нумерацией лье и яркими табличками ушлых торговцев, что картинками и надписями зазывали путников, кто в свои таверны, или лавки, а кое-где и в дома удовольствий. Как раз о таком славном заведении и гласила довольно большая табличка, которую мы только что проехали, с изображением полуголой девицу, зазывно держащей саму себя ладонями за выступающие части аппетитной, по мнению художника, фигуры.
Рядом была нарисовала монета в пятьдесят талей — стоимость ужина в дешевой таверне — и надпись для грамотных: «Девочки почтенной Глиссии! У нас бывают даже варды!» Кстати, обратила внимание, что последние как раз брезгливо кривились проезжая мимо. Да, этим харизматичным воинам и так рады девицы, притом из разных сословий.
