Судьба постоянно сталкивает нас с разными людьми, которые, кажется, проходят вдоль нашей линии жизни по касательной, никак не влияя на важные события и не оставляя своего значительного следа в наших воспоминаниях. Мы не всегда запоминанием лица, имена, не акцентируем внимание на тембре голоса или цвете глаз. Сталкиваемся и расходимся с этими людьми, как со случайными попутчиками. А потом в какой-то определенной точке оборачиваемся, анализируя свое прошлое, и понимаем, что именно этот случайный эпизод и актер из массовки, на которого сначала не обращали внимания, и переломили нашу судьбу пополам.
"
"Игорь Ясный появился в моей жизни тремя короткими и яркими эпизодами. Человеком в хирургическом костюме на операции моего отца, усталым врачом на обходе во время моего пребывания в больнице и, наконец, отцом девчонки, от которой я без ума. Что ж… это нужно переварить. Но я точно не собираюсь сваливать в закат.
— Не уйду я, не уйду, Коротышка. Даже не надейся… — произношу негромко.
Лера слабо улыбается и сжимает мою руку.
— …но в качестве моральной компенсации тебе стоит показать мне сиськи!
— Ни за что! — говорит фурия, и острый кулачок болезненно прилетает под ребра.
Глава 38
Матвей
— Тебе обязательно сидеть так близко? — произносит Лера, дергая плечом.
В тачке Саввы мы устроились на заднем сиденье, и я давлю на малышку своим авторитетом и близостью тела. Наши бедра и плечи соприкасаются. И нет, я не собираюсь отодвигаться хотя бы на миллиметр. Меня все устраивает.
Через сопротивление беру прохладную ладонь в свою и переплетаю наши пальцы. Удается это провернуть не с первого раза, но Лера в итоге с тихим вздохом сдается.
— Обязательно, крошка.
— Мне нечем дышать, ты на меня давишь! — говорит Ясная, не спуская взгляда с наших рук, которые я расположил на своем бедре.
— Можем попросить твоего братца открыть окно.
— Там холодно.
— Тогда терпи.
Забросив свободную руку за спину девчонке, привлекаю ее ближе к своему боку.
— Что ты делаешь? Здесь ведь нет моих родителей, не обязательно себя вести как самец орангутанга в брачный период.
— Понятия не имею, как они себя ведут. Но, если так же обворожительно, как и я, самка орангутанга давно должна была забраться на своего самца и дать ему все, что он захочет. Например, свою девственность.
— Мечтай, — фыркает малышка, но попытки выбраться из объятий не предпринимает.
Ее волосы приятно пахнут зеленым чаем, который она постоянно таскает в своем термосе.
