Я не хотела казаться лучше, чем есть. Пусть принимает меня такой."
"Но Громова не смущает мое простое белье. Я отчетливо чувствую его горячий возбужденный член, прижимающийся к моему бедру.
Мы продолжаем целоваться.
Склоняю голову вбок, разрешая углубить поцелуй, и обнимаю его шею двумя руками. Пытаюсь согреть и вложить в свой ответный поцелуй все, что чувствую.
Я влюблена в тебя. Ты мне нравишься таким, какой есть. Я тебе доверяю. Ты больше не одинок.
— М-м-м-м… малышка, тебе стоило надеть пижаму, — бормочет Матвей, уткнувшись носом мне в шею, и шумно дышит.
— Я себя не контролирую. Хочу тебя сожрать или трахнуть. И понятия не имею, как приструнить эти желания. Блять… Лера… ты просто космос. Я дрочу на тебя уже целую вечность.
Касается языком нежной кожи шеи и неосторожно втягивает в себя, явно собираясь оставить пару отметин.
— Ладони в кровь стер? — шепчу.
— Заработал пару огромных мозолей на члене, показать?
— Боюсь, меня хватит удар от этого зрелища, — смеюсь, смущенно прикусывая губы.
Глаза уже адаптировались к темноте, и я могу различить черты лица Матвея.
Он серьезен. Смотрит пристально и без обычной бравады. Громов нависает надо мной, удерживая вес на локтях.
Мы в одной постели, под одним одеялом, и на нас чертовски мало одежды.
Еще никого и никогда я не подпускала так близко.
Никого. Никогда.
И я солгала бы, если бы сказала, что мне не страшно. Я ужасно боюсь того, что будет дальше. Боюсь откровенных прикосновений там, где только я могла себя трогать, боюсь болезненного вторжения в свое тело и боюсь по итогу остаться с разбитым сердцем, потому что в него вторжение уже произошло.
Громов уже там.
— Ты нужна мне, Лер. У меня больше никого нет. Не отталкивай, ладно? — просит тихо.
Его слова, пропитанные такой тоской и болью, вспарывают мою душу.
Подняв руку, касаюсь его щеки. Пробивающаяся через кожу щетина царапает запястье. Матвей поворачивает голову вслед за моей рукой, целует ладонь.
— Я и не собиралась, глупенький… — бормочу с нежностью, но решаю что должна предупредить: — Я… у меня никого не было, никогда.
Я девственница.
— Я в курсе, поэтому мы никуда не торопимся. Несмотря на то что я готов спустить в трусы от одного твоего присутствия рядом. Если ты не готова, то мы можем провести время по-другому.
— По-другому? — звучу разочарованно и пискляво. — И что мы будем делать? Беседовать? Тогда убери от меня свой вздыбленный член, у меня скоро ожог на коже от него будет!
Матвей смеется, сотрясаясь всем телом.
