Дед Снегур и Морозочка

Любой оперативник, увидев незапертую дверь в квартиру, моментально сообразит: внутри его поджидает неприятный сюрприз. То же правило срабатывает и в отношении машины, поэтому, когда блестящая черная дверь без сопротивления открылась, мое сердце екнуло.

Тим сидел, откинувшись на спинку сиденья, его голова склонилась к плечу, рот слегка приоткрылся, глаза остекленели. Я вынула из сумки резиновые перчатки, фотоаппарат, сделала множество снимков, а потом соединилась с Чеславом.

– Осторожненько осмотрись там, – приказал он, – Леониду я сам сообщу.

Часа через полтора около «Мерседеса» притормозили две неновые иномарки и темный автобус. Из легковушки вылез хорошо знакомый мне Леня Ярошенко.

– Что у нас? – без особого энтузиазма спросил он.

– Не слишком радостное для тебя известие, – ответила я, – в машине тело артиста Тима Моркова. На первый взгляд следов насильственной смерти нет. Конечно, я не медэксперт, но труп выглядит целым, ни пулевых ранений, ни следов насилия. Есть предсмертная записка: «Мамочка, прости, больше не могу, очень устал.

Эста, забудь меня поскорей и будь счастлива. Не могу жить, зная, что обрек близкого человека на невыносимые страдания. Тим».

– Самоубийство, – скривился Леонид.

– Не спеши с выводами, поговори с Чеславом, – посоветовала я.

– Я уже в курсе, – буркнул Леня, – ничего не залапала?

Я помахала перед его носом перчатками.

– Обижаешь, начальник.

– Сколько мы с тобой вместе работаем? – вдруг спросил Леонид.

– Лично со мной? Пару лет, а уж какой стаж у вас с Чеславом, понятия не имею, – пожала я плечами.

Ярошенко не принадлежит к членам нашей бригады. Но всякий раз, когда Чеславу требуется помощь от официальной структуры, на место преступления прикатывает со своими парнями Леня, он по званию полковник и имеет в подчинении много людей. Не спрашивайте меня, как Ярошенко связан с Чеславом. Наш начальник не любит откровенничать с подчиненными. Я, в принципе, догадываюсь: над Чеславом стоит некий руководитель, но кто он, никому не ведомо.

Вот что я знаю абсолютно точно, так это то, что бригада не стеснена в средствах. Мы порой тратим большие деньги, и Чеслав ни разу не ограничил сотрудников в расходах.

– Помню, как в первую нашу встречу ты завалилась в обморок при виде легко раненного парня, – вздохнул Леня, – а сейчас ползаешь вокруг трупа с очень заинтересованным видом. Следующий этап – будешь жевать хот-дог на месте преступления и меланхолично пить там же кофе.