"
"«Еще бы, – подумал Гоша, – у княжны должны быть аристократические манеры, она не может кричать и возмущаться. Всегда ровный спокойный тон, особенно любезный с прислугой, уж этому-то Лика ее научила».
– Лика говорила, что у вас ко мне дело, – нарушила хозяйка затянувшееся молчание.
– Не совсем к вам, – неуверенно начал Гоша и замолчал.
Елизавета Андреевна встала и прошлась по комнате, затем остановилась у окна красивой полукруглой формы. Ее стройный силуэт четко выделялся на фоне заходящих лучей солнца.
– Ах, Лика, Лика, – вдруг заговорила она совершенно другим голосом, этот был ниже, живее и лишен ровных искусственных интонаций. – Ах, Лика, наговорила все-таки обо мне лишнего. Вижу, многое вы про меня знаете, чего не должны бы…
– Как вы догадались? – смутился Гоша. – Лика просила не говорить…
– Догадалась по вашему лицу, – с досадой ответила она.
– Лика не виновата, – начал Гоша. – Это доказывает только, какие мы с ней большие друзья. Я вам совершенно не опасен, не собираюсь болтать на всех углах, что княжна Голицына…
Мнимая княжна одним прыжком подскочила к нему и прикрыла рот теплой ладонью.
– Даже слышать про это не хочу! Я так вошла в образ… Ладно, я познакомлю вас с Каримовым и сумею сделать так, что он вас выслушает. Но чтобы больше я вас не видела!
– Согласен, не увидите. – Гоша отвел ее ладонь от лица и почтительно поцеловал.
– Вот так. Сейчас мы выпьем кофе, и вы будете меня развлекать. Каримов появится минут через сорок.
За кофе болтали о пустяках.
Гоша похвалил убранство гостиной и вид из окна. Убрав чашки, хозяйка ненадолго удалилась в спальню и вышла оттуда, прикалывая к платью бриллиантовую брошь в виде веточки.
– Его подарок, – пояснила она, – нужно носить.
– Вам разве не нравится? Такая ценная вещь, – удивился Гоша.
– Нравится. Но я предпочитаю носить старинные драгоценности. Вообще, если вы заметили, я предпочитаю окружать себе старинными вещами. Обожаю антиквариат!
Гоша, пока находился один в гостиной, успел хорошенько рассмотреть антикварную мебель и выяснил, что некоторые вещи не совсем антикварные, то есть удачный новодел.
Но, разумеется, такое под силу было выяснить только специалисту, а княжну посещали в основном богатые нувориши, которые в антиквариате мало что понимали.
Елизавета Андреевна подошла к большому настенному зеркалу и поправила брошь.
– Расскажите мне что-нибудь о бриллиантах, – вдруг попросила она.
– К сожалению, я мало что знаю о бриллиантах.
