Взяв любимого мага за руки, возможно, в последний раз, я приподнялась на носочки, прикоснулась губами к его губам в легком поцелуе, сделала глубокий вдох, желая ощутить столь притягательный запах его тела, и произнесла:
— Дамиан, я должна тебе кое в чем признаться… крайне нехорошем.
— Не пугай меня, Рина, — на мужском лице появилось волнение.
Я вымученно улыбнулась и продолжила:
— Ты был прав, когда сказал, что след от загара на моей груди похож на твой кулон, потому что так и есть. Я носила его с той поры, как он попал мне в руки.
— Выходит, инициацию ты прошла со мной? — спросил он леденящим душу голосом.
Мне хватило духу лишь качнуть головой. Все слова утонули в море вины, которую я ощущала перед Майе.
— И где он теперь? Потеряла? — каждое его слово резало воздух, словно острый меч, а сердце пронзало, точно острый клинок.
Я расстегнула две верхние пуговицы на кителе и на рубашке и продемонстрировала неприглядный с виду кулон. Кто ж знал, что он так непрост?!
— Ввиду открывшихся фактов, я обязан задержать вас, дегустатор Морена Лоуренс, до выяснения всех обстоятельств.
Идемте!
Прежде чем сделать первый шаг, он произнес заклинание, и наши запястья сковали магические цепи, которые, благодаря ярко-голубому цвету, были отчетливо видны в темноте. Теперь любой, кто нас увидит, будет знать, что меня ведут на допрос. Позор-то какой!
Нам удалось добраться до дворца, не повстречав никого по пути. Несколько стражников прошли в сотне дюймов от нас, но даже не поприветствовали начальника, словно никого не заметили.
У входа в величественное здание Дамиан снял с меня магический браслет и грозным взглядом приказал следовать за ним.
Вскоре мы очутились у его покоев. Я озадаченно смотрела генералу в спину и не могла понять, что мы делаем здесь. Допросная же в подвале!
Майе открыл дверь и кивком указал мне проходить в гостиную.
— Вы понимаете, дегустатор Лоуренс, что за подобные преступления вам грозит наказание? И довольно суровое наказание! — холодно бросил он.
— Конечно."
"— Готовы понести его прямо сейчас?
Правая мужская рука, лежавшая на рукояти меча, дернулась, и я сглотнула вязкую слюну.
Это конец! А ведь я так и не написала бабушке письмо!
— Готова… — пропищала в ответ и зажмурилась.
Грохот сердца не заглушил приближающиеся шаги. Я сделала глубокий вдох, полагая, что он последний, как ощутила… горячие губы на своей шее. Распахнув глаза, изумленно посмотрела на Дамиана. В его серых глазах плясали смешинки, на губах играла широкая улыбка.
