Хотелось вскочить и бежать без оглядки, оказаться на краю света либо в забытой глуши, где меня никто не нашел бы. Особенно Майе!"
"Попытки всецело сосредоточиться на словах ректора постоянно заканчивались провалом. Тем временем как его фразы пролетали мимо ушей, мои глаза то и дело устремлялись к важному гостю. Сама того не желая, я изучала исподтишка человека, стоявшего от меня в нескольких шагах.
Три года не прошли для него бесследно. На левой стороне подбородка появился двухдюймовый шрам, лицо приобрело еще более суровое выражение.
Жизнь военного, которую он предпочел мирной, заметно сказывалась на его облике.
«Зачем минейр Гринсби вызвал меня? И что здесь делает Майе?» — задавалась вопросами, чувствуя, как шевелятся волоски на руках.
Страшно было подумать, что генерал предпримет, если правда всплывет наружу. Или уже всплыла? Иначе зачем явился в академию?
Не вечер, а сущий кошмар! Только происходящее мало походило на сон, да и глава безопасности не был похож на привидение. Разве что самую малость, благодаря светлым волосам и бледной коже, которые выдавали его истинную сущность.
— … вам выпала великая честь, — внезапно долетел до меня обрывок фразы минейра Гринсби.
Его голос, наполненный весельем и нескрываемым облегчением, звучал необычайно пафосно. Я превратилась в одни большие уши, нутром чувствуя, что сейчас ректор выдаст что-то крайне важное, вдобавок малоприятное. Выдержанная пауза лишь усилила подозрения.
— Стать королевским дегустатором!
Последние три слова глава академии почти прокричал.
Конечно, на радостях! А я… я чуть не лишилась чувств. Услышанное не просто произвело впечатление. Оно выбило почву из-под ног, окрасило недалекое светлое будущее в серые тона.
Ситуация прояснилась: генерал Майе прибыл в учебное заведение по долгу службы похлопотать о новом дегустаторе. Казалось бы, стоило выдохнуть, ведь он не узнал меня, но перед внутренним взором невольно возник собственный портрет с траурной лентой в нижнем углу.
Сердце бешено заколотилось в груди, глаза обожгли непрошенные слезы.
Разве можно вот так, не спросив даже мнения, ставить перед фактом?
Возмущения наряду с возражениями застряли на языке. Я хотела сказать минейру Гринсби, что не испытываю ни малейшего желания становиться королевским дегустатором, но с губ слетали лишь рваные звуки.
Сжав кулаки, сделала глубокий вдох и такой же протяжный выдох. Мне следовало немедленно взять себя в руки и постараться убедить этого самодура и весьма нехорошего человека изменить решение.
