Черт возьми, почему он не купил себе Айпод или не провел радио в свою комнату, чтобы не слышать этого? Схватив гантели, Дик стал быстро разрабатывать бицепсы, трицепсы, спинные и грудные мышцы, напоминая себе о том, что Люк заслуживает любого счастья, которое он обрел с женщиной. Кузен всегда видел в людях только хорошее, старался помочь, найти время для смеха, снова и снова открывать свое сердце для любви. А Дик… Ну, про него лучше промолчать.
Внезапно Кимбер засмеялась. Мягкая ритмичная мелодия проплыла по коридору, когда Дик опустился для еще одного подхода упражнений на брюшной пресс.
Он стиснул зубы. Потом его ушей достиг вздох Кимбер. Первый. Потом другой, на этот раз сильнее, протяжнее, который отправился прямо к его члену, словно вонзаясь ножом в его внутренности. Его снова захватила волна ревности, абсолютно не улучшая настроение, а лишь усиливая желание ударить кого-нибудь или что-то сломать.
Сосредоточься. Он чередовал приседания и упражнения на растяжку коленных сухожилий.
Обычная тренировка. Но сконцентрироваться было невозможно, когда он представил руки Люка, прокладывающие свой путь вверх по гладкому животу Кимбер, чтобы поиграть с её розовыми сосками, пока он будет вдыхать пряно-персиковый запах её кожи и, выжидая с характерным для него терпением, шептать парочку заготовленных слов, которые сделают её еще более влажной. Затем, с языком, кружащим вокруг ее твердых бутонов, он скользнет вниз по её животу, побуждая её раздвинуть для него сладкие бедра, и затем скользнет пальцами в мокрый оазис киски, ощущая, как её тесные стеночки сжимают его, отправляя прямиком в рай.
Желудок Дика сжался. Делать приседания становилось все сложнее, потому как его член был настолько тверд, что им можно было забивать гвозди. Особенно когда вздохи Кимбер внезапно перешли в крики.
Да пошло оно на хер. Сорвав с себя насквозь пропитанную потом одежду, Дик направился в холодный душ. Простояв десять минут в душевой кабине, выложенной итальянской плиткой, под ледяными струями воды, он намылился душистым мылом Люка, что только разозлило его еще сильнее.
Ворча, Дик вышел из душа, молясь о том, чтобы они уже закончили свою утреннюю прелюдию. Он даже не успел вытереть махровым полотенцем влагу на его груди и животе, когда услышал чувственные, судорожные вздохи Кимбер, которые были для него настоящей пыткой. Они призывали его. Ну, вашу ж мать. Все преимущества холодного душа тут же испарились.
