Декадент

Продолжив вытираться, Дик попытался сконцентрироваться на стене из венецианского алебастра. Но он не мог заглушить сексуальные звуки удовольствия, которое Люк дарил Кимбер. Дверь между ванной и прилегающей спальней кузена была приоткрыта, и восторженные стоны Кимбер были отчетливо слышны. Сначала с придыханием, затем с причитанием.

Она была уже близко.

- Пожалуйста, Люк...

Блять. Это было именно то, что он хотел сделать с ней - вжаться прямо между ее сладких бедер и быть первым, кто проникнет глубоко внутрь. Но этого не произойдет.

Она не хотела этого, а он не мог позволить этому случиться. Но ты ведь можешь к ним присоединиться.

Дьявол, если бы он только не был в столь сильном искушении, на которое, кстати, имел полноценное право. Полное и равное разделение - они с Люком решили это еще более десяти лет назад и никогда не изменяли своему решению. Так почему же он завидует кузену, разделяющему один на один удовольствие с Кимбер? Он никогда не возражал против этого раньше. И почему не воспользовался предоставленным шансом присоединиться к ним этим утром?

Кимбер Эджингтон была слишком соблазнительной, слишком сладкой и отзывчивой.

Слишком невинной и ранимой. Слишком опасной для его душевного равновесия. Слишком... всем, чего он жаждал в течение многих лет. Если бы Дик вошел в комнату Люка, обнаженный и жаждущий, он не смог бы устоять против такой красоты и повелся бы на ее провокации."

"Вчера вечером стремление раздвинуть ноги, поместиться между ними и утвердиться в ней было непреодолимым. И это стремление росло, как гребаный сорняк в совершенно ухоженном саду.

Он должен был вернуть контроль над ним, прежде чем оно возьмет над ним верх. Прежде чем он снова коснётся ее и потеряет контроль и сделает что-то сумасшедшее и непоправимое. Фатальное.

Ворча, Дик потянулся к шортам и футболке, и надел их прямо на свою неослабевающую утреннюю эрекцию. Кофе. Ему оно сейчас жизненно необходимо. Пройдя по коридору, он остановился около двери, ведущую в спальню Люка. Открывшаяся ему картина была подобна удару в живот.

Люк с его темной гривой опустил голову к сгибу ее шеи, его длинные волосы рассыпались по ее фарфоровым плечам и груди, а его пальцы играли с плотью между ее раздвинутыми бедрами. С открывшегося ему вида возбуждение Кимбер было очевидно, ее киска была влажной, опухшей, с почти красными складочками.

- Я умираю от необходимости услышать твой крик, - пробормотал Люк, - я хочу услышать, насколько сильно ты хочешь этого.

- Люк, сейчас. Пожалуйста.