Декстер в деле

В общем, я решил ненавязчиво сменить тему и сказал:

— Понимаешь, здесь главное не сами убийства, а то, что сделали с телами дальше.

Дебора с минуту пялилась на меня, потом тряхнула головой.

— Мне до чертиков хотелось бы понять, что ты имеешь в виду… — протянула она. — Но еще больше хочется выяснить, что творится у тебя в башке!

Я сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. Шипение напомнило мне звуки, что, бывало, издавал мой Пассажир, и это меня немного успокоило.

— Слушай, Дебс! — попробовал я еще раз. — Я хочу сказать, что нам попался не убийца.

Наш герой любит играть с мертвыми телами, не с живыми.

— А что, есть разница?

— Но он все равно убивает? — уточнила она.

— И скорее всего убьет опять?

— Вероятно, — подтвердил я, заглушая глумливую, слышимую только мне одному внутреннюю уверенность.

— Так какая разница? — настаивала Дебора.

— Разница в том, что убийства будут происходить по разному сценарию. Не понятно ни когда он в следующий раз убьет, ни кого, не понятно вообще ничего, что обычно помогает изловить убийцу.

Остается только ждать и надеяться на удачу.

— Черт! Ждать я никогда не умела.

Немного в стороне от места преступления, у припаркованных машин, возникла непонятная суматоха, и кто-то грузный одышливо зашаркал по песку в нашу сторону. Детектив Коултер.

— Морган, — пропыхтел он, и мы оба отозвались:

— Не ты, — сказал он мне. — А ты, Дебби!

Дебора скривилась — она терпеть не могла, когда ее звали Дебби.

— Мы с тобой партнеры в этом деле, — заявил он. — Капитан сказал.

— Я уже и так им занимаюсь, — возразила Дебора. — Не нужен мне никакой партнер.

— Теперь нужен, — откликнулся Коултер и глотнул газировки из огромной бутыли. — Нашли еще похожего на этих… В «Эльфийских садах».

— Повезло тебе, — заметил я, обращаясь к Деборе, а когда сестра злобно сверкнула глазами, добавил: — Теперь ждать не придется!

Особенно радует в Майами безусловная готовность здешних жителей все заасфальтировать. Наш чудный город был когда-то субтропическим садом, плодородным и густо населенным всяческой живностью, и вот, спустя буквально считанные годы напряженной работы, растений никаких не осталось, живность повымерла.

Конечно, память о них витает в пришедших им на смену кварталах. По неписаному правилу каждый новый район застройки называется по имени того, что было погублено при строительстве. Пропали орлы? Закрытый жилой комплекс «Орлиное гнездо». Погибли пантеры? Район «Бегущая пантера». Просто, изящно и обычно весьма рентабельно.